Набор санкций вряд ли бы сильно изменился. Но Москва на это не пошла ни в 2014, ни в 2015, ни в 2016 году. Не пойдет и сейчас, несмотря на свое заявление о признании паспортов ДНР и ЛНР.
Наоборот, именно это заявление, как и провоцирование Москвой через свою агентуру блокады Донецко-Луганской агломерации, вместе с активизацией ею боевых действий, однозначно указывают: никакой аннексии не будет. Курс на создание и признание ДНР и ЛНР сохраняется, даже вступает в свою новую активную фазу. В угоду этому курсу в Кремле уже в конце 2014 г. и закрыли проект «Новороссия» к большой досаде его лоббистов. Москва не хочет брать Донбасс на свой баланс по ряду причин. Если воспользоваться словами Путина в Токио, что Курилы – это не мячик в пинг-понге, чтобы их туда-сюда, то Донбассом он именно и играет в пинг-понг. Поманив в 2014 г. своих адептов, он после этого два года отбивает их ракеткой как мячик обратно в Украину.
В частности в его заявлении о паспортах нет никаких ДНР и ЛНР, а есть отдельные районы Донецкой и Луганской областей Украины. Путин аккуратно употребил термин ОРДЛО в развернутом, а не сокращенном виде, чтобы крайне радикальные российские нацисты, требующие официально объявить войну Украине, не могли сказать: Путин продался бандеровцу Порошенко за липецкий «Рошен». КПРФ тоже может порезвиться и начать рисовать Путина в образе Мальчиша-Плохиша с шоколадом и печеньем от буржуя Порошенко за сдачу Донбасса. Если бы в РФ была такая же свобода слова как при «хунте» в Украине, то эти картинки уже наводнили бы ее, а Жириновский с Зюгановым в Госдуме и Стрелков в телевизоре делали бы громкие заявления о сдаче властью интересов России. Но Россия – не Украина.
Пинг-понг Донбассом – не каприз или коррумпированность башен Кремля, а вполне логичная и слаженная их имперская политика, в основе которой почти те же причины, по которым Римская империя никогда не стремилась завоевать и аннексировать Германию или Шотландию. Казалось бы: сколько тех кельтов в Шотландии, но император Адриан отгородился от них каменной стеной и закрыл тему. Горные пустоши Шотландии, как и лесные болота Германии, империи были не нужны, в отличие от Англии, где добывали олово и свинец. Толпы германцев толклись у стен лимеса империи и готовы были служить в ее войсках за перспективу получения римского гражданства. От гастарбайтеров тоже не было отбоя. Но империя не планировала делать эти территории своими провинциями и брать их население на баланс в ближайшей перспективе. Ее больше устраивал вариант быть окруженной зависимыми племенами и государствами, для обозначения которых в империи придумали термин «лимитрофы».
Коммунисты этот термин реанимировали, и «Малая Советская энциклопедия» 1929 г. называла лимитрофами Финляндию, Литву, Латвию, Эстонию и Польшу. После 1991 г. российские политологи стали рассматривать как лимитрофы РФ все 14 бывших советских республик и КНДР. Историк и философ В. Цымбурский даже оформил это в цельную концепцию с практическими рекомендациями для Кремля. Но так как «лимитроф» слово имперское и имеет уничижительный смысл, то в открытой дипломатии и пропаганде РФ его избегало и заменяло «дружбой народов» и т.п. Благо, наивность постсоветских людей не имеет предела. Например, в Лисичанске они стабильно голосовали за Януковича и до сих пор верят: в Кремле каждое утро встают с мыслью, что бы хорошего сделать для Лисичанска. Тот факт, что Янукович продал россиянам Лисичанский НПЗ и содовый завод, крупнейший в Европе, а те их закрыли, порезали на металл, а часть оборудования вывезли на аналогичный содовый комбинат в Башкирию, – их не смущала и не смущает.
В Кремле и после Революции Достоинства предпочитали видеть Украину лимитрофом, а не своей провинцией. Так удобней. Не надо делиться с ней нефтедолларами, можно в 2 раза дороже продавать ей газ, и контролируя половину предприятий в ней, выводить прибыль в РФ, не платя налогов. Эту политику Москва называет «дружбой народов». Военный захват Украины разрушает эту гармонию, ведет к столкновению с ЕС и США, и подает плохой пример Китаю. Поэтому к концу 2014 г. в Кремле сторонников прямого военного вторжения отодвинули на второй план и заодно закрыли тему «Новороссия». Из ее названия слишком выпирает рука Москвы, а общая установка была на «нас там нет» и Украина сама распалась на семь-восемь государств. Мы не причем.
Желаемый результат – Украина, состоящая из двух десятков государств, за три года так достичь и не удалось, ни под маркой федерализации, ни «народных республик». Впрочем, если судить по опубликованной СБУ прослушке, в Москве все еще не теряют надежды на появление Житомирской, Галицкой и других «республик». Но пока в сухом остатке от всех планов только ДНР и ЛНР, которых никто не признал, кроме лимитрофов Абхазия и «Южная Осетия». Поэтому у Москвы два варианта: впихнуть их в Украину с неким особым статусом или утвердить в качестве «независимых государств». Реализовать первый вариант через Минское соглашение никак не удается, и похоже, на этой идее поставили крест. Поэтому взялась за второй вариант, но тут есть две технические проблемы.
Первая, донецкой и луганской наций не существует, в отличие от абхазов и осетин. Разумеется, российская «наука» скоро докажет, что обе эти «нации» были еще на корабле Ноя. Но возникает более серьезная проблема – обе «нации» слишком многочисленны, чтобы раздать им паспорта РФ, как в «Южной Осетии» и Абхазии. После зачистки в 2008 г. округа Цхинвали от грузин в нем осталось 30-35 тыс. человек, и это с российскими «миротворцами». В Абхазии в 1989 г. было 520 тыс. жителей, из них абхазов – 96 тыс. Но абхазы выгнали всех грузин, включая М. Кантарию, водружавшего флаг на рейхстаге, и к 2003 г. ее население сократилось до 180 тыс. Считается, что в 2011 г. в Абхазии жило 240 тыс. человек, из них – 122 тыс. абхазов. Остальные – армяне-переселенцы и россияне. Эти цифры несравнимы с 2 млн. жителями оккупированных районов Донбасса, среди которых почти 60% пенсионеры и получатели различных пособий. Сократить их число пытался еще Янукович и первые протесты против него начинали именно «чернобыльцы» и «афганцы» Донбасса. В сумме эти выплаты, по данным Минсоцполиики Украины, составляют 300 млн. грн. в год. Если учесть зарплаты работникам соцобеспечения – это около $1 млрд. или 57 млрд. руб., которые в 2017 г. в качестве дотации получил Дагестан (3 млн. населения). Но есть еще разваливающееся производство, требующие инвестиций дороги и ЖКХ, а также расходы на администрацию, полицию, медицину и образование. Как провинции ДНР и ЛНР будут Москве обходиться дорого, а как два лимитрофа – в несколько раз дешевле.
Поэтому еще в 2014 г. был сделан выбор в пользу двух лимитрофов, а не провинции «Новая Россия». Москва этот регион, в отличие от Крыма, аннексировать не стала, и не будет этого делать до тех пор, пока его население не сократится до 0,5 млн. человек или до 240 тыс. как в Абхазии. «Молодые республики» обречены на вымирание со своими паспортами, подобно Приднестровью, население которого за 25 лет сократилось минимум в 4 раза. Соответственно у Москвы сейчас две главные задачи – экономически оторвать этот регион от Украины, чтобы ускорит процесс его отчуждения и запустения, и максимально легализовать оба лимитрофа, по возможности расширив их территории. Гражданство РФ их жителям «светит» точно так же, как римское гражданство германцам, – только после службы в имперской армии. «Армии» обоих лимитрофов такими не считаются, отсюда и все их проблемы, – Москва на них тоже экономит.
Поэтому в планах Москвы на 2017 г. – продолжение пиара ДНР и ЛНР, – заявление о паспортах из этой серии. Возможно открытие их «посольств» в Анголе и Зимбабве, так как в Европе не получается. Перекрытие «хождений» через линию фронта, желательно руками Украины, постоянные обстрелы и периодические попытки локальных наступлений из расчета: даже если ничего не выйдет, то напомним о себе. В этой подлой войне Кремля против Украины прямолинейные ответы не всегда бывают самыми эффективными, – можно найти и другие средства.