Президент Соединенных Штатов Дональд Трамп жестко высказывается о северокорейском лидере Ким Чен Ыне в своем микроблоге, государственный секретарь США Рекс Тиллерсон говорит о «конце терпимости» по отношению к КНДР. В Европе не очень хорошо понимают, какую обеспокоенность вызывают действия северокорейского руководства в Вашингтоне и – в особенности – в Токио и Сеуле. Если основатель КНДР Ким Ир Сен воспринимался как классический коммунистический диктатор, с которым можно было найти общий язык с точки зрения обеспечения безопасности соседей, то его наследники обнаруживают все большие признаки политической невменяемости. И внук, Ким Чен Ын, представляется куда более опасной фигурой, чем его отец Ким Чен Ир. Никто не знает, что он выкинет завтра, не устроит ли настоящую ядерную бомбардировку и понимает ли подлинный вес своей страны в мире. То, что для бывшего офицера Советской Армии Ким Ир Сена было лишь красивой декорацией для поддержания собственного авторитета, для его внука, похоже, стало реальностью. Если бы вы были японцем или жителем Южной Кореи, вы вряд ли были бы рады соседству с умалишенным. И, конечно, апеллировали бы к США.
Дональд Трамп уже демонстрировал, что не собирается договариваться с КНДР так, как это пытались делать – и тоже неудачно – демократические администрации. Но какие инструменты он задействует, чтобы заставить Ким Чен Ына вести себя смирно? Похоже, главный из инструментов новая администрация хочет найти в Китае. Именно Китай является единственным государством, слово которого для Северной Кореи хоть что-то значит. Но в США склонны преувеличивать китайское (и тем более российское) влияние на Пхеньян. Китай может вводить санкции, карать экономически, но не может заставить Ким Чен Ына изменить политику. Непонимание этого может привести к серьезному ухудшению американско-китайских отношений – когда окажется, что расчет был неверным. Но тогда Трампу придется действовать в одиночку. И как?
Никакой возможности решить проблему северокорейских вооружений путем бомбардировки ее ядерных объектов или ликвидации руководства нет. Никто не знает точно, где эти объекты. Никто не знает точно, где это руководство – вожди КНДР постоянно перемещаются в ожидании атаки. Для того, чтобы воздействовать на Северную Корею силовым путем, ее нужно оккупировать – так, как был оккупирован Ирак. С ликвидацией руководства, запретом Трудовой Партии Кореи, уничтожением госбезопасности, постепенным переходом к демократии и программой объединения с югом.
Но Трамп до сих пор с неодобрением высказывается об иракской операции – и это при том, что в Ираке огромное количество людей ненавидело режим Саддама, а в Корее подавляющее большинство предано режиму Кима. Невозможно спрогнозировать, какой будет реакция армии и населения на чужое вторжение. Невозможно представить, как отреагируют Пекин и Москва. Нельзя гарантировать, что Ким напоследок не запустит ракеты с ядерными боеголовками в сторону Токио и Сеула. Мы можем оказаться на пороге настоящей ядерной войны, пусть и ограниченной.
Дональд Трамп вряд ли решится на такой риск. Но тогда все его угрозы в адрес главы КНДР лишь подчеркнут американскую неспособность решить корейскую проблему и гарантировать безопасность Японии и Южной Кореи. Для союзников в регионе Трамп быстро перестанет отличаться от Обамы – тот пытался умиротворить пхеньянского безумца, но ничего не предпринимал, а Трамп будет угрожать ему – но ничего не предпримет.