Завершение первого заграничного турне нового президента Соединенных Штатов ознаменовалось оптимистичными оценками Белого дома и разочарованными комментариями европейцев Между тем, это турне позволяет спрогнозировать то, какой будет американская внешняя политика при новом хозяине Белого дома – и будет ли она вообще. И для выработки этого прогноза можно пойти как путем анализа конкретного результата поездки, так и путем анализа самих подходов президента Трампа к этой внешней политике, пишет Виталий Портников для LB.
Анализ результатов визита оставляет широкое поле для дискуссий, настолько они противоречивы. Тут и беспрецедентная оружейная сделка с Саудовской Аравией, и первое в истории посещение действующим американским президентом старого города в Иерусалиме и Стены плача, и согласие с другими мировыми лидерами относительно жестких действий по отношению к России, и подчеркнутое отсутствие интереса к миграционным проблемам Европы, и отсутствие договоренностей по поводу отношения к климатической повестке… Что-то осталось неизменным с момента избрания Трампа новым президентом, что-то поменялось коренным образом – что позволяет сделать вывод, что меняться будут и другие позиции… Но вот что действительно осталось неизменным – так это абсолютное равнодушие к реальной политике. Собственно, то равнодушие, за которое и голосовало большинство избирателей Дональда Трампа. То равнодушие, которое и сделало его президентом Соединенных Штатов.
Это равнодушие проявилось в целом ряде деталей поездки американского президента – тех деталей, на которые обращали внимание скорее как на элементы «светской хроники», но которые могли быть для Дональда Трампа определяющими. Например, то же ритуальный танец при дворе саудовского короля выглядел не упрочением политических позиций Соединенных Штатов на Ближнем Востоке, а неким сопровождением «большой сделки», приведшей американского президента в неописуемый восторг – он обещал своим избирателям сделки и он эти сделки устраивает! Причем само слово «сделка», наконец-то, обрело конкретные черты – это не какой-то там бессмысленный поиск взаимоприемлемых компромиссов, а продажа американского товара за хорошие деньги.
Еще одним важным фактором подлинного восприятия политических процессов стала фраза, брошенная Трампом журналистам перед переговорами с израильским премьер-министром Беньямином Нетаньяху. Он уверял собравшуюся прессу, что «не произносил слово Израиль». Понадобилось несколько минут, чтобы понять, что американский президент отвечает на обвинения в том, что во время встречи с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым он неосторожно выдал информацию о планах «Исламского государства», исходившую от израильского разведчика в рядах экстремистов. СМИ указывали, что в случае, если Кремль поделится этой информацией со своими союзниками, израильским разведывательным интересам может быть нанесен непоправимый ущерб. Но при этом никто не упрекал Трампа в том, что он произнес слово «Израиль» или сообщил Лаврову, что информация исходит от израильской резидентуры. Американского президента обвиняли в том, что он ради красного словца подверг риску жизнь резидентов и усложнил получение ценной информации. Судя по фразе Трампа, он воспринял обвинения буквально – что он «выдал Израиль», чего во время встречи с Лавровым не произошло. И это – тоже показатель отношения к настоящей политике.
Все остальные комичные эпизоды – вроде попытки выйти на первый план, оттолкнув премьер-министра Черногории или нежелания пройти 450 метров к месту заключительного фотографирования лидеров «большой семерки» - из того же ряда. Это просто следствие искреннего восприятия политической деятельности не как серьезного обмена мнениями и согласования интересов, не как кропотливой работы с документами, а как бесконечного телевизионного шоу, главным героем которого должен быть, конечно же, президент Соединенных Штатов. И это даже не «Карточный домик», который мог бы внезапно стать образчиком такого поведения – просто потому, что героям «Карточного домика» приходится постоянно согласовывать интересы и работать с документами. Это – совершенно другой сериал.
Другой потому, что по свидетельству израильских источников, президент Трамп не может сосредоточиться на чем-либо более четырех минут и переводит беседу на другую тему. Эту неспособность к погружению читатель может легко отследить, понаблюдав, например, за поведением американского лидера во время посещения Стены Плача. Вы можете сами с секундомером проследить, за какое время он теряет интерес к происходящему и к рассказчикам – и экстраполировать это время на переговоры с участием Трампа. Поэтому Трамп переводит политику в шоу не по злому умыслу. Шоу, презентация, эффектные позы, яркие фразы – это то, что он умеет. Ничему другому он уже не научится.
Что это означает для американской внешней политики, для мира? А то, что пока Дональд Трамп будет президентом США, никаких стратегических решений в Белом доме приниматься не будет. Некую четкую линию можно будет проследить только там, где президент будет делегировать полномочия представителям собственного окружения – то есть в вопросах второстепенных.
Стратегическую политику заменит стратегическая случайность, а это означает, что во влиянии, которое раньше оказывалось Соединенными Штатами на само развитие человечества, возникнет вакуум, который будет быстро и уверенно заполняться другими игроками, способными к оценке новой собственной роли и неожиданного шанса.
И преемнику Дональда Трампа – если только он захочет возвратить своей стране былую роль – уже по-настоящему придется расталкивать этих игроков локтями.