Этот странный документ, подписанный в феврале 2015 г. в дни жестоких боёв под Дебальцево, предполагал меры, которые никогда не представлялись реализуемыми. Вывод иностранных войск, само существование которых отрицала Москва; включение двух бандитских образований в состав Украины на правах субъектов федерализованной страны; восстановление контроля Киева над российско-украинской границей — все эти пункты были невозможны изначально. Они либо требовали от России прекратить ту аферу, которая во многом поддерживала высокую степень популярности режима, либо вынуждали Украину официально превратиться в недееспособное государство.
Состав подписантов соглашения также, на мой взгляд, не давал оснований считать его серьёзным документом. Зять украинского олигарха, «осуществлявший деятельность в трехсторонней контактной группе на общественных началах»; давно не бывавший перед тем в Киеве «посол Российской Федерации»; два самозванных «начальника» сепаратистских регионов и скоропостижно ушедшая вскоре после подписания соглашений в отставку представитель миссии ОБСЕ — всё это не те люди, договорённости которых могли бы привести к концу вооружённый конфликт между Россией и Украиной. Сегодня все сказанное становится очевидным — хотя, мне кажется, это было ясно уже давно.
Всё происходящее на наших глазах в Украине настоятельно требует прекращения бессмысленных «консультаций» и переформатирования переговоров. Их сторонами должны стать Украина как страна, подвергшаяся агрессии; Россия как государство-спонсор сепаратистов; Европейский Союз как объединение, подписавшее с Украиной соглашение об ассоциации; и высшие должностные лица ООН как организации, обладающей серьёзным опытом миротворческих миссий. Началу переговоров должно предшествовать согласование их срока: в случае недостижения соглашения все предыдущие договорённости могут быть аннулированы. Единственной реалистичной целью может быть создание на территории ОРДЛО демилитаризованной зоны с передачей её на 20-25 лет под управление ООН в рамках фактического восстановления формально так никогда и не упразднённого в этой организации Совета по опеке.
Это позволило бы провести разоружение незаконных формирований; гарантировало бы соблюдение прав местного населения; создало бы правовое поле для жителей данной территории; упорядочило экономические процессы, дало бы толчок для организации сбора средств на устранение нанесённого войной ущерба. Для Украины такой вариант означал бы появление устойчивой буферной зоны на границе с Россией; для России давал гарантии (которые, по словам Москвы, ей нужны) прав русскоязычных жителей данных областей; перед ЕС открывал возможность развития сотрудничества и интеграции Украины как не находящейся в состоянии войны страны, и т.д. Но главное — в этом случае соглашения заключались реальными игроками, а не клоунами или марионетками, и их провал трактовался как нарушение своих обязательств великими державами.
То, что война в центре Европы продолжается уже четвёртый год, указывает на то, что она выгодна всем подписантам прежних соглашений — и, на мой взгляд, пришла пора переформатировать весь процесс так, чтобы был найден путь к завершению сепаратистской авантюры. Он может быть мирным — через посредничество международных организаций и временный статус Донбасса под независимым контролем, или военным — через эскалацию конфликта, открытое столкновение и в итоге победу Украины над сепаратистами со значительным количеством жертв и экономической катастрофой для региона. Однако то, что происходит сейчас, вряд ли будет продолжаться долго: ужасу без конца все стороны в какой-то момент предпочтут конец — даже если он и кажется сейчас совершенно ужасным…