В недавнем интервью Медведева ничего важного не было сказано и не могло быть сказано. Важным является то, что оно состоялось за три недели до начала избирательной кампании. В этом и заключается весь смысл послания. Медведев и его люди демонстрируют подчёркнутую лояльность президенту и берут на себя ответственность за экономические трудности, отделяя их от главы государства. Медведев очень сильно подставляется, предлагая трудящимся держать деньги в рублях и утверждая, что доходы растут, а жизнь становится лучше. Как умный человек он понимает, что в экономике всё висит на соплях, и ситуация будет идти вниз, а не вверх. Ему это припомнят, но зато это не припомнят Путину. Он выступает в роли такого «громоотвода», в чём и состоит главный смысл прошедшего выступления для президента.
А для Медведева смысл состоит в том, чтобы напомнить о собственном существовании и выразить надежду, что в 24 году он ещё будет действующим политиком. Кроме того, он даёт понять президенту, что со стороны либерального или, скорее, экономически рационального крыла Путину не стоит ждать сюрпризов. И он может на них рассчитывать в случае атаки, которая может развернуться против Путина с «патриотического» фланга. Главная угроза режиму Путина сейчас – это не «цветные революции» и демократы. Навальный нейтрализован и всё оккупировано, а вот ура-патриотические деятели требуют всё большей милитаризации и всё более резких действий против Запада и Украины. Путин для них оказывается слабоват. И Медведев показывает, что на его блок Владимир Владимирович может опереться.
Поскольку жанр этих выступлений стал уже практически советским, то информацию приходится изымать не из того, что сказано, а из того, что не было сказано. Самым важным является то, что ни слова не было сказано об Улюкаеве и Сечине. Именно там сейчас всё решается, и именно эту тему ни Медведев, ни журналисты не решились затронуть. Потому что если начать разбираться, то получается, что наша система, в том числе и экономическая, отчётливо сословна. Люди живут по разным законам, как при царе-батюшке, когда духовное сословие было не ответственно перед общегражданскими судами, пока не проходил собственный, церковный суд.
И товарищ Сечин – явный пример сословного права. Если бы любой обычный гражданин России три раза проигнорировал вызов в суд, ссылаясь на занятость, то его привезли бы в автозаке с локтями, привязанными к затылку. А Сечин чувствует себя прекрасно. Что в таких условиях может сказать Медведев про улучшающийся инвестиционный климат? Какой идиот пойдёт в Россию, зная, что в любой момент может прийти господин Сечин, отобрать и посадить? И жаловаться будет некуда, потому что он даже не появится в суде. Так что Медведеву говорить об этом было неловко.
Кроме того, эта тема не была затронута, потому что в ней, как в капли воды, отражается всё противостояние между милитаристами-патриотами и экономическими прагматиками. Улюкаев – человек из команды Медведева. Если его посадят, значит, Медведев не может защитить своих, и по понятиям вертикали он слабак. А если не посадят, значит, сечинские слабоваты. Но понятно, кто сейчас главнее на самом деле, судя по поведению. Поэтому саму тему растущего влияния силовиков просто вежливо зажевали.
А всё, что, собственно, говорил Медведев – это шум морского прибоя. Замечательно, красиво, но не имеет никакого практического смысла, хотя какие-то здравые вещи там и прозвучали. Это признак агонии политической жизни в Российской Федерации. Её, по рецепту Победоносцева, подмораживают, чтобы не воняло. Вонять она всё равно продолжает, зато не развивается. А чего мы, собственно, хотели?