Я отчетливо помню, как поcле первого Майдана украинская тема стала топовой в российских медиа.
Украинские ленты российских информагентств били рекорды по просмотрам. В то время в Москве было ощущение, что бывшая советская республика «уплывает». Становится независимой. Начинает жить собственной повесткой, в которой для России места остается все меньше.
А потому спрос на украинскую тему оказался чрезвычайно высок. Кто-то искал в этих новостях повод для злорадства. Кто-то – рецепт бегства из постсоветского болота. Но, вне зависимости от мотивов, украинские события заставляли российскую аудиторию вчитываться и комментировать.
Все изменилось после победы Виктора Януковича. Четвертый украинский президент мало чем отличался от российских политиков. Он был настолько понятным и незамысловатым, что украинское будущее в его каденцию даже не вызывало сомнений.
Если прежде было ощущение, что Украина движется каким-то своим путем, то после его инаугурации стало казаться, что Киев вновь идет в фарватере Москвы. Копируя ее практики во всех сферах публичной жизни.
Виктор Янукович жил по заветам папы Льва Х – «Бог дал нам папство, так насладимся же им». Вдобавок весь государственный этический и эстетический контур был для него лишь ресурсом для торговли. Который он успешно обменивал на российские деньги. А когда зашла речь о скидках на газ – пожертвовал и государственным контуром, продлив сроки базирования Черноморского флота в Севастополе.
В результате интерес к украинским новостям в России стал падать. На первое место стали выходить новости с Кавказа. В предвоенные годы вся российская дискуссия – это споры о нелегальной миграции. О визовом режиме со странами Центральной Азии. О «неприкасаемых» чеченских диаспорах.
Главными темами были столкновения на межнациональной почве. Радикальные шествия 4 ноября. Трендсеттером был «Спутник и погром». Украинская тема была на задворках российской повестки. Она попросту никого не интересовала – в силу своей предсказуемости.
Все изменилось зимой 2013 года.
Еще летом того года социологи писали о двух третях украинцев, не желающих выходить на акции протеста. Они ошиблись.
Виктор Янукович сумел объединить Украину – против себя. И потому на улицах стояли люди самых разных возрастов, профессий и географии. И этот пассионарный взрыв снова стал неожиданностью для всех. Включая Россию.
Украинская тема вновь стала главной в российских медиа. И уже не переставала ею быть. Майдан. Аннексия Крыма. Вторжение на Донбасс. Боинг. Санкции. Иловайск и Дебальцево. Все следующие месяцы повестка лишь набирала обороты, вытесняя российские новости из российского телеэфира.
Украина стала главным жупелом. Ключевым содержанием. Центральной темой. Из категории «Такие же как мы, только рожи незнакомые» она внезапно перешла в разряд чужих, враждебных и непонятных. И интерес к ней снова начал бить рекорды.
Но именно это «засилье Украины» в российском медиапространстве довольно показательно. Оно означает лишь то, что с точки зрения Москвы Киев продолжает «уплывать». Рождая волну эмоций в бывшей метрополии. Той самой метрополии, что привыкла считать эту территорию своей.
Если Москва перестанет обсуждать Украину, значит, она ее вернула.