Того самого, что был выстроен как база Черноморского флота. Того самого флота, что в 2017-м должен был покинуть территорию полуострова.
Для просоветской аудитории сама идея вывода ЧФ звучала как крамола. А первое, что видел посетитель портала – это обратный отсчет времени, оставшегося в запасе у российских моряков. Безошибочный маркер для полуострова, привыкшего делить всех на "своих" и "чужих". Для просоветского большинства Дмитрий Тымчук был безусловно "чужим".
Мы не переходили на "ты". О его военном прошлом я знал лишь обрывочные факты. Он был одним из немногих, кто пытался вырвать Крым из шаблонного контекста восприятия. Одним из немногих, кто способен был рассказать о других странах Черноморского бассейна. Одним из тех, кто пытался представить себе будущее Севастополя и Крыма после того, как Черноморскому флоту придет время перебраться в Новороссийск.
Потом были Харьковские соглашения. Продление сроков базирования. Иногда Дмитрий приезжал ко мне на эфиры. Иногда я звонил ему за комментариями. Наша переписка в мессенджерах была лаконичной. Мы кидали друг другу тексты и коротко их обсуждали.
26 февраля 2014 года. В Симферополе под зданием парламента идет многотысячный митинг за территориальную целостность Украины. Янукович уже сбежал. Майдан уже победил. Дмитрий Тымчук пишет мне "Похоже, сегодня со скрипом и в муках рождается новый Крым. И, честно говоря, он мне импонирует больше старого. Сейчас отличная возможность наконец соединить Украину с Крымом". Короткий смайл в конце. Мы оба ошиблись. Через несколько часов начнется вторжение. Российский спецназ захватит крымский парламент и Совет министров.
Потом я несколько раз перебрасывал ему сообщения от украинских моряков из заблокированных частей. То, что началась война, Дмитрий понял раньше других. Его "Информационное сопротивление" было первым волонтерским проектом, дававшим информацию в условиях тотального хаоса. Пока кто-то на пике запроса торговал эмоциями, Дмитрий делился добавочным знанием. На его страницу до сих пор подписано почти 270 тысяч человек.
Мы увиделись уже много позже. Дмитрий Тымчук уже был депутатом парламента. Монополию его "Информационного сопротивления" уже разбавляли новые волонтерские проекты, рождавшиеся в стране. И государственные органы, сумевшие таки вынырнуть из анабиоза и оцепенения первых месяцев после вторжения.
Мы не были друзьями. Не собираюсь постфактум записывать себя в его доверенные лица. Мы продолжали существовать на расстоянии – лишь иногда коротко пересекаясь на мероприятиях и в комментариях под текстами. Он был самым известным из связанных с Крымом людей. Человеком, о котором много говорили за его спиной. В биографии которого можно найти все, кроме равнодушия.
Такое случается нечасто