Сокрушительным бывает не только поражение, но и победа. Наподобие той, что одержал в Украине Владимир Зеленский. После парламентских выборов в стране фактически исчезла система сдержек и противовесов.
Верховная Рада всегда была местом для дискуссий. Каждому президенту приходилось согласовывать собственные «хочу» – с парламентскими. Создание коалиции всегда напоминало торги – когда за лояльность фракций или отдельных депутатов триумфатору гонки приходилось идти на компромиссы. Отныне все это в прошлом.
Единственная дискуссия, которая возможна в стране – это дискуссия внутри одной-единственной партии. «Слуга народа» не зависит от других парламентских фракций. С ними станут вести переговоры лишь в том случае, если правящая партия решит изменить Конституцию.
Украинцы привыкли не любить парламент. Этот институт традиционно пасет задних в рейтинге доверия. Но при всей справедливой критике он оставался одним из элементов системы, которая никому в стране не позволяла стать единоличным центром принятия решений. Но не теперь.
Владимир Зеленский будет контролировать не только свой офис. В его распоряжении – парламент и Кабинет министров, силовой блок и исполнительная власть. По поводу судов тоже не стоит питать иллюзии – отечественная судебная система неоднократно доказывала гибкость позвоночника и умение считывать коньюнктуру ситуации. Пульт управления государством отныне находится в руках одного человека. Кто-то этому радуется. Кто-то встревожен. Но ни сторонники, ни противники эту ситуацию изменить не в силах.
Пульт управления государством отныне находится в руках одного человека. Кто-то этому радуется. Кто-то встревожен. Но ни сторонники, ни противники эту ситуацию изменить не в силах
Для полноты картины президенту осталось лишь заручиться поддержкой мэров и местных советов. Мы уже видим признаки «приведения к присяге» на примере столицы – где избранного мэра Виталия Кличко отодвигают от реальных полномочий. Можно предположить, что руководители других городов либо сами постараются найти компромисс с новой властью, либо им не оставят выбора. В конце концов, правоохранительная система прекрасно освоила искусство избирательной эффективности.
По большому счету, Владимиру Зеленскому осталось достичь взаимопонимания с главными акционерами страны – олигархами. Такое соглашение не выглядит нереалистичным. Как минимум теперь, пока легитимность нового президента заоблачно высока, открыто воевать с ним – не самая выигрышная стратегия. Тем более, что законодательные вожжи остаются в руках президентского офиса – а блокирующего пакета ни у одной финасово-промышленной группы попросту нет.
По сути, Владимир Зеленский теперь может все. На уровне институтов его ничто не ограничивает. Да, есть инерция общества. Да, есть негласный социальный договор. Да, есть объективные экономические условия. Но в президентских руках теперь сконцентрирован тот объем полномочий, который не позволит Зеленскому кивать на их недостаток.
Сторонники президента могут ликовать. Но проблема в том, что никто не может уверенно говорить о том, на какие желания Владимир Зеленский растратит доставшийся ему цветик-семицветик. Это могут быть давно назревшие реформы, которые выведут страну из инерции и застоя. Или наоборот – череда ошибок, за каждую из которых мы заплатим фрустрацией и качеством жизни.
В этом пространстве неопределенности есть лишь один маяк. Международные доноры. До войны официальный Киев мог лавировать между Западом и Востоком, попеременно беря в долг у Москвы и Брюсселя. Но теперь заграничная «тумбочка с деньгами» осталась лишь одна. И средства из нее можно брать лишь под вполне конкретные обязательства.
Украинская бедность – единственный фактор, который сдерживает экспрессию любого политика. Наш экономический суверенитет довольно условен – и именно это внушает надежду. Как минимум на то, что многие перезревшие реформы удастся воплотить в жизнь. Потому что Владимиру Зеленскому уже не удастся объяснить Западу их «непроведение» противодействием парламента или Кабмина.
Конечно, эта ситуация еще не является гарантией чего бы то ни было. Безусловно, новый президент может решить, что западные условия ему не подходят. Но в этом случае украинские граждане смогут убедиться в том, как глубока бывает кроличья нора. А те, кто твердят, что «хуже уже не будет», смогут убедиться в своей неправоте.
В конце концов, экономическим законам нет дела до наших желаний.