Результат нынешнего наступления на Хан-Шейхун было легко предвидеть: скрытая гибридная, но внешне «вежливая» война РФ с Турцией, начинает трансформироваться в типичную войну на чужой территории по схеме: здесь воюем, а здесь торгуем.
Собственно, до Первой мировой войны по такой схеме велись многие войны, особенно часто колониальные. Англия могла воевать с Испанией в Америке, но при этом в Европе торговые корабли обеих стран могли заходить в их порты. Всё зависло от накала страстей.
Россия, начав в XVIII в. многочисленные войны с Турцией, отнюдь не всегда на время боевых действий прекращала с ней торговлю. В Нидерландах во время революции и войны с Испанией вопрос, можно ли торговать с Испанией обсуждался не менее активно и эмоционально, чем в Украине, – можно ли торговать с РФ во время войны. Интересно, что в самой Испании тему: можно ли торговать с восставшими Нидерландами, не обсуждали, подобно тому, как в России не обсуждают вопрос о моральности торговли с Украиной во время войны. Не обсуждают, поскольку в Москве считают Украину своей собственность, точно так же, как в Мадриде на Нидерланды смотрели как на свои законные владения, что делало прекращение торговли с ними нелогичным.
Отчасти по этой причине у Кремля и другой взгляд на войну с Турцией, чем на войну с Украиной, притом, что ни одну из них он официально не объявлял, так как это позволяет ему делать вид, что Россия якобы ни с кем не воюет. Стоило Турции осенью 2015 г. сбить российский военный самолёт, вторгнувшийся в её воздушное пространство, как Москва запретила торговлю с Турцией и поездки в неё граждан РФ. Но продажу газа Турции не прекратила, и даже не угрожала заморозить турок, в отличие от украинцев. Как ни как, но Турция второй крупнейший покупатель газа из РФ после Германии, которую Москва уже тогда и не в первый раз шантажировала прекращением транзита газа через Украину. Если всех отлучать от газа, то так можно и самому лопнуть от его скопления.
Если Кремль ведёт с Украиной «невежливую» необъявленную войну, то с Турцией он ведёт войну «вежливую». Отличий много. Прежде всего в том, что свои боевые действия против Украины он сопровождает бурной украинофобской информационной компанией, включающей отрицание существования украинской нации, а также страны и государства Украина. Усомниться в существовании Турции и турок в России себе пока позволить не могли, но всё может быть. Могут и усомниться, русские, – они такие непредсказуемые.
Кремль не требует от Турции срочно стать федерацией или ещё чем-нибудь, изменить конституцию, а также объявить русский язык вторым государственным языком. Москва не требует от Совбеза ООН срочных заседаний из-за внутренней политической ситуации в Турции и не строчит на неё кляузы в ООН, как на Украину. Кремль не позволяет себе в информационном и дипломатическом пространстве очень много в отношении Турции, из того, что он позволяет себе в отношении Украины.
Официально РФ дружит с Турцией, в отличие от Украины, и Путин прилетал в Анкару, но не может прилететь в Киев. РФ не дружит с Украиной, но торгует с ней со скандалами и ограничительными запретами, как и с дружественной Турцией. В этом аспекте разницы особой нет, кроме той, что Кремль готов продавать Турции газ, но запрещает ввозить из неё помидоры, а с Украиной наоборот – газ нельзя, помидоры можно.
Главная особенность «вежливой» войны с Турцией в том, что она пропускает через свои проливы российскую военную технику, оружие и боеприпасы, из которых затем в Сирии убивают турецких солдат. Это отнюдь не пафосная фигура речи. В ходе операции «Оливковая ветвь» в Африне курдские союзники Асада убивали турецких солдат пулями, сделанными и привезенными из РФ. Никакого другого вооружения у курдских боевиков не было и не могло быть по той же самой географической причине, по которой никакого другого вооружения, кроме российского, нет и не может быть у пресловутых «ополченцев Донбасса». Значительная часть оружия и взрывчатки, используемой в Турции курдскими террористическими группировками, тоже производится в России или закупается для них Кремлём, и может доставляться им только с территорий, контролируемых РФ и Ираном. По другим маршрутам всё это нельзя ввезти в Турцию или произвести нелегально в ней.
В результате Турция – это, вероятно, единственная страна в мире за всё его историю, которая пропускает через свою территорию оружие, которое используется против неё, пусть и в ограниченных масштабах. Необъявленная российско-турецкая война в Сирии и отчасти на территории самой Турции – это самая «вежливая» война в истории. Эрдоган вынужден принимать Путина в Анкаре, пожимать ему руку и проводить совместно с ним пресс-конференции, тогда как Путин в Киев прилететь не может, и Порошенко пожал ему руку лишь 26 августа 2014 г. в Минске, когда регулярная армия РФ двинулась в Донецкую область. Пожал, чтобы остановить её продвижение и успокоить обеспокоенный Евросоюз, представленный тогда в Минске баронессой Кэтрин Эштон и двумя еврокомиссарами. В дальнейшем Порошенко демонстративно руку Путину не подавал, несмотря на давление «глубоко обеспокоенного» ООН и традицию дипломатического протокола.
Но эта «вежливая» российско-турецкая война в самое ближайшее время может стать «невежливой» войной, очень похожей на российско-украинскую войну. Причина – Асаду и Путину 19 августа таки удалось довести ползучее наступление, начатое ещё 9 мая, до его конечной цели – выходу к Хан-Шейхуну. Утром 20 августа Сирийская национальная армия и партизанские отряды не стали продолжать оборону Хан-Шейхуна и покинули его. Более того, они также оставили территорию около 10 кв. км южнее Хан-Шейхуна, которая должна была оказаться после его взятия асадовцами в «котле». Решение об отступлении было принято этой ночью в Анкаре, которая так лишила российских пропагандистов и военных журналистов удовольствия поговорить о «котле» под Хан-Шейхуном. Любят они слово «котёл» с весны 1943 г. До того не любили из-за Киевского и других «котлов», куда попадала Красная армия, но после Сталинградского «котла» их просто «понесло». Вчера они начали было подыскивать имя любимому слову без упоминания Хан-Шейхуна, чтобы не напоминать о химической атаке 2017 г., но оно не понадобилось.
Вопреки их ожиданиям и ожиданиям Кремля, сирийцы и турки не стали цепляться за этот район, притом, что с 16 августа в него стали прибывать подкрепления Сирийской национальной армии для усиления партизанских отрядов оппозиции. Турецкие офицеры на расположенном в 10 км к югу от Хан-Шейхуна своём наблюдательном пункте уверенно говорили, что не оставят его даже в «худшем случае». Таким «худшим случаем» для них стало бы попадание в «котёл» вместе с сирийскими партизанами. Все наблюдатели ждали, что здесь будет большое сражение и с привлечением турецкой армии, но ночью 20 августа в Анкаре почему-то передумали его давать.
Передумали, вопреки отправке 19 августа колонны семи танков на автоплатформах и другой военной техники к Хан-Шейхуну, которая и подверглась предупредительному удару авиации Асада. Если считать ползучее наступление, начатое асадовцами с 9 мая, первой «красной линией», которую перешёл Кремль в этой «вежливой» войне, то удар авиацией по автоколонне был второй, нарушенной им «красной линией».
Минобороны Турции оперативно заявил протест Москве, что за фигня такая: в 5 часов 30 минут мы с вами договорились о пропуске колоны на наш наблюдательный пункт № 9, а в 8 часов 55 минут вы её бомбили, из-за чего погибли 3 и получили ранения 12 мирных сирийских граждан. На что в Москве ответили: все погибшие и раненные были отпетыми джихадистами и террористами.
По такой реакции Минобороны Турции можно было ожидать, что нарушение этого договора и «красной линии» № 2 Москве и Асаду не сойдёт с рук и «вежливая» война на днях превратится в «невежливую». Тем более, что раньше или позже, но это произойдёт, что и учитывают в Кремле.
Однако, вопреки ожиданиям, этого не произойдёт на текущей неделе, судя по тому, что в Анкаре решили не играть в «котлы», их прорывы и другие подобные военные стратегии. Не исключено, турки выдавили за ночь из Кремля согласие обменять район вокруг Хан-Шейхуна на район вокруг Тел-Афара, городу к северу от Алеппо. Номинально этот район контролирует Курдская рабочая партия и в 2018 г. во время операции «Оливковая ветвь» турки и сирийская армия его не заняли по просьбе Москвы, в отличие от района Африна.
Так как формально «Оливковая ветвь» не прекращена, а Асад получил район Хан-Шейхуна, то для Эрдогана вполне уместно потребовать от Путина «бартером» район Тел-Афара. Так как на 11 сентября запланирована встреча Ирана, России и Турции в рамках Астанинского соглашения о разделе между ними Сирии на «зоны деэскалации», то к этой дате обмен территориями должен быть на практике совершён, и на встрече данный факт признан. Разумеется, если в Кремле опять не возьмут назад своё «честное слово», – они ведь такие труднопредсказуемые.
«Вежливая» российско-турецкая война неизбежно станет «невежливой» и во вполне обозримые сроки: либо к 11 сентября, либо в 2020 г. после завершения отопительного сезона в Турции.
Зависимость от газа из РФ, пожалуй, единственная веская причина, которая удерживает Турцию от того, чтобы перевести войну в ту «невежливую» фазу, в которой она была около год в период между сбитым самолётом-штурмовиком РФ и неудавшимся путчем в Анкаре. Этот переход облегчается как наглостью Кремля, так и успехами Турции по диверсификации источников получения газа. Турции даже повезло, оказалось, огромные запасы газа есть у неё под рукой на шельфе Эгейского моря и возле Кипра. Теперь у неё две проблемы: начать его добычу и урегулировать её с Кипром и Грецией, которые на него тоже претендуют, но сами добывать не могут. Решить первую проблему туркам удаётся пока лучше, чем вторую, но похоже, новый «Южный поток» из Краснодарского края в Турцию будет не на много меньше убыточным проектом, чем «Северный поток-2».