В случае успешного для Москвы, Донецка и Луганска исхода этих переговоров на востоке Украины сформируется сепаратистский анклав, лишь формально подконтрольный Киеву, но способный серьёзно влиять на принимаемые им решения. Соответственно, резко увеличатся не только шансы Кремля определять политический курс Украины, но и влияние пророссийских партий на украинскую политику.
Однако следует иметь в виду несколько обстоятельств.
Во-первых, успех В.Зеленского и «Слуги народа» на состоявшихся в этом году выборах был обусловлен не только новизной лиц кандидатов, но и акцентом на необходимости прекращения конфликта и обеспечения мира. В этом отношении президент действует последовательно – и стоит предположить, что в украинском обществе предпринятый им шаг не будет встречен «в штыки» никем, кроме части политического класса, пока остающейся в меньшинстве. Кроме того, практически наверняка усилия по примирению дадут новый толчок экономическому росту в Украине, который на ближайшее время (вместе с ростом потребления) останется основным источником популярности президента и правительства.
Во-вторых, нельзя отрицать того факта, что Европа в последнее время не готова была поддержать курс на обострение отношений Киева и Москвы. Для «десуверенизированного» Европейского Союза суверенитет и принцип унитарности государства не идут ни в какое сравнение по своей ценности с миром. На протяжении всего конфликта было очевидно, что Запад не собирается воевать с Россией за Украину, да и ухудшение экономических отношений с Москвой было явно не в радость Брюсселю, не привыкшему жертвовать хозяйственными и финансовыми интересами в угоду неясным геополитическим соображениям. Без поддержки со стороны Запада продолжение противостояния выглядело безнадёжным.
В-третьих, подобный итог (как и продолжающееся пребывание Крыма в составе России) был во многом предопределён ещё в те годы, когда в Европе усилиями Р.Сикорского и К.Бильдта разрабатывался концепт «Восточного партнёрства» и планы ассоциации стран Восточной Европы с ЕС. Поведение Москвы в то время вполне определённо указывало на то, что Кремль способен на довольно решительные неожиданные действия в случае, если прельщённые европейцами бывшие постсоветские республики решительно отвернутся от России. При этом никакого плана действий на случай кризиса разработано не было – что во многом и облегчило В.Путину как операцию по захвату Крыма, так и аннексию Донбасса.
Мы все привыкли повторять, что политика есть искусство возможного. В.Зеленский сегодня пытается реализовывать именно эту стратегию, стремясь вывести ситуацию из того тупика, в котором она находится с 2015 г. Не только Россия, но и Запад сегодня не готовы отказываться от Минских соглашений и разрабатывать другую базу для переговоров. Ф.-В.Штайнмайер предлагает Украине начать двигаться в направлении их имплементации, Д.Трамп прямо рекомендует договариваться с В.Путиным. В такой ситуации начать хотя бы какие-то движения, вероятно, правильнее, чем оставаться на прежних позициях, понимая, что другие стороны не готовы ни на уступки (как Россия), ни на такое изменение формата помощи, который смог бы радикально поменять ощущение перспективы процесса (как Запад).
Сейчас, вероятно, поздно рвать на голове волосы, оплакивая уходящий status quo. Куда важнее задуматься о тех возможностях, которые открывают новые переговоры; о тех «красных линиях», которые всё же нельзя переходить Киеву; о том, каким образом гарантировать проведение реально свободных выборов на Донбассе и убедить значительную часть местного населения в тупиковости сепаратизма, да и о многом другом. В конце концов, не следует считать, что принятие предложения о дальнейших переговорах является подписанием капитуляции на фронте или полным отказом от суверенитета страны. Скорее всего, именно сейчас начинается новая глава в развитии украинской государственности – и заключение этой главы будем намного важнее пишущегося сегодня введения…