Причем Зеленский, по его словам, уже дал на это согласие, в Кремле заявили, что не готовы проводить встречу ради встречи, то есть, без соответствующей подготовки.
Назарбаеву встреча Путина и Зеленского в Казахстане нужна, чтобы повысить свой геополитический вес и продемонстрировать себя в качестве важного посредника с Россией. Он, вероятно, в этом контексте, несколько ревностно долгое время смотрел на президента Беларуси Александра Лукашенко и, в принципе, эта инициатива Назарбаева может быть связана с тем, что Казахстан хочет претендовать на позицию "мостика" между Востоком и Западом, Россией и другими странами мира.
Что же касается Зеленского, то он ранее заявлял, что готов встречаться в нормандском формате, то есть при участии соответствующих международных гарантов. И если эта встреча один на один с Путиным произойдет, то это можно считать неким отходом от предыдущей позиции.
Вполне вероятно, что поскольку встреча в нормандском формате "зависает", то, в принципе эту встречу могут рассматривать как своеобразную альтернативу или подготовку. Возможно, даже как первый этап встречи в нормандском формате.
Хотя мы должны понимать, что эта встреча несет в себе как некие риски, так и некоторые возможности для Украины. Риски, в первую очередь, в том, что Россия будет навязывать нам свое видение ситуации и потом пытаться подать это как согласованную позицию. Ну а возможность, прежде всего, в самой коммуникации с РФ, так как даже такая возможность разговора куда лучше, чем отсутствие коммуникации.
Хотя тут у нас появляется еще одна проблема, так как соответствующий международный опыт Зеленского нельзя сравнивать с международным опытом Путина. И, возможно, как раз на это и рассчитывает Россия, и соглашается на встречу, надеясь, что в таком формате она сможет добиться полной реализации своих ожиданий.
Зеленский же, со своей стороны объективно может апеллировать только к Минским договоренностям, их выполнению, разведению войск и так далее. Но самое реальное, чего он будет добиваться – это прекращения активных боевых действий и, как максимум, попытается поднять вопрос очередного обмена пленными. При этом он будет пытаться избегать в разговоре каких-то конкретных обещаний и обязательств.