Регулярные поставки могут начаться примерно через год-полтора. Но в целом речь идет о начавшемся процессе передела газового рынка Европы. И этот передел выглядит вполне однозначно – "Газпром" просто выдавливают с отдельных его локаций. Польша на днях сделала заявление о полном прекращении контракта на поставку российского газа после 22 года, украинский рынок также будет потерян, турки уже сокращают долю "Газпрома", предполагая довести ее примерно до трети (ранее это было почти две трети). Процесс запущен и его не остановить.
Ситуация, конечно, носит вполне объективный характер – производство газа стремительно растет за счет новых технологий, что позволяет отказываться от более экологически грязных энергоносителей. Появляются ниши, куда устремляются производители. И, понятно, именно здесь начинает проявляться иерархия современного мирового империализма – сильные поросту отталкивают от корыта слабых. Путинская Россия сегодня – обычный мелкий империалистический шакал. Полная калька своей элиты, шакалившей в юности по подворотням. Поэтому ее место в новом мировом порядке – возле объедков. Что, она, собственно, и демонстрирует, подъедаясь по разным африканским помойкам, в которых прежние хозяева выгребли все, что возможно.
Теперь пришло время более жирных кусков, и каких-то особых сомнений в том, что Штаты и европейцы смогут существенно оттеснить путинских нуворишей от европейского корыта, нет. Но самое интересное начнется, по-видимому, потом. Где-нибудь году к 30. Когда европейский рынок будет поделен, придет время осматривать окрестности в поисках новых рынков, которые можно захватить. И российский рынок в этом смысле выглядит вполне неплохо. Да, его емкость в связи с тотальной нищетой населения и убитой промышленностью невелика, но даже то, что остается, выглядит вполне прилично просто в силу зверских климатических условий. В наших условиях выжить без отопления невозможно, а значит – энергоносители будут востребованы всегда, пока здесь теплится жизнь. И нет никаких сомнений, что в схватке за внутренний российский рынок наше ворье проиграет так же, как оно проигрывает везде.