Знакомая сказала, что бегая по рынку в поисках крема для рук в очередной раз убедилась, что все, что продают в оккуированой части Луганской области – одинаковое.
Она это и озвучила продавцу в очередном торговом модуле: "Да что вы все здесь все как под копирку!" На что продавец резонно парировал: "Так ведь это вам не Украина! Выбор там".
Кстати, эта шаблонность и низкое качество товара стали очередными маркерами новой жизни после лета 2014 года. Стиральный порошок не отстирывает, моющее не пенится, лекарства не действуют. Да, речь идет о том товаре, который в большом количестве зашел к нам из России – лекарствах, продуктах питания, моющих, строительных смесях. Все, что оставалось у продавцов еще украинского кпроизводства, доставалось из-под полы с некоторым трепетом и придыханием, как священный Грааль. Продавец, не сводя глаз с вещи, почти шептал: "Еще довоенное". Поначалу это было непонятно. В чем разница, если функции у вещи одинаковые? После все стало на свои места. Товары украинского производства отстирывали, мыли, имели вкус и качество. Привычное, какое и должно быть у купленного товара. То есть покупая кабачковую икру или майонез мы примерно понимаем, что будет за стеклом.
Но с российским товаром нас ожидало разочарование. При чем относительно всего. Обезболивающие не обезболивали, мыло не мылилось, паштет был безвкусным. И все это было странным. Зачем продавать то, что плохо? Что не вкусно? И зачем это производить? Потом вокруг стали говорить, что это товар из гуманитарки или тот товар, который никто не берет в России, но берут у нас за неимением выбора. И мы начали осторожничать, переспрашивать, чего за нами не водилось раньше. Какого вкуса будет это масло? А сгущенка будет снова жидкой как вода и синтетического вкуса? И продавцы часто отвечали философски: "Ну, это российский товар". Мол, делайте сами предположения. Или: "Лучше взять белорусскую сгущенку, она похожа на сгущенку". Или: "Это же Украина!" И здесь становилось понятно, что нужно брать, если только хватало денег на украинские продукты, ввезенные сюда контрабандой.
Мы больше года обжигались на буквально всем – чае, порошке, таблетках. Потом мы стали заказывать из Украины то, к чему привыкли или покупать то, что хотя бы более-менее было похоже на качественный товар. Но все вокруг только и говорили о совершенно низком качестве ввозимого сюда товара. Как же долго мы не могли принять того, что продукты могут быть невкусными и некачественными. А после стали задавать эти дурацкие вопросы о том, каким будет товар по этой цене.
И еще это касается бытовой техники. Рынок заполонили торговые марки "Делта", "Сентек" и "Василиса". Я хорошо помню, что до войны я выбирала между известными мне и всему миру торговыми марками с мировым именем. И никто не пытался мне продать товар странного качества и еще более странного бренда. Мы могли покупать разве что какие-то незначительные вещи таких странных торговых марок. Но сейчас найти "Бирюсу" – открытие. И если покупатель недоверчиво рассматривает пестрый пластмассовый товар, продавец парирует вопросом: "Что вам не нравится?" Или пытается урезонить: "Есть только это".