Тут дело даже не в глубине текущего экономического кризиса, хотя масштабы его невероятны. Согласно опросу Высшей школы экономики, проведенному в начале апреля среди более чем 3000 респондентов, около 70% россиян уже успели столкнуться либо с падением, либо с полной потерей доходов уже в первые дни объявленных Путиным "нерабочих недель" (в том числе 24% — с потерей дохода), пишет Владимир Милов для Инсайдер.
По данным Алексея Захарова, основателя сайта Superjob.ru, если карантин протянется до лета — скорее всего, так и будет, — работу могут потерять 20–25 млн человек. Думаю, это заниженная цифра. Для нас может быть показателен опыт США, где власти, в отличие от европейских стран, не так активно поддерживают выплаты зарплаты работодателями (в Европе многие правительства компенсируют работодателям значительную часть зарплат, чтобы те не увольняли людей) — и число обращений американцев за пособиями по безработице сейчас многократно превысило все исторические максимумы.
В России, где власти выбрали путь вообще никому толком не помогать, ситуация очевидно будет в этом плане хуже, чем в США. Буквально только что министр финансов Антон Силуанов заявил о намерении сберечь деньги Фонда национального благосостояния (ФНБ) до 2024 года и потратить в 2020 году всего 2 трлн рублей из ФНБ, это при том, что в реальности необходима государственная помощь экономике порядка 10 трлн рублей или больше — то есть власти сделали сознательный выбор предоставить граждан и экономику в условиях кризиса самим себе.
О конкретных экономических последствиях в цифрах можно сейчас только гадать — например, Эльвира Набиуллина отказалась называть конкретный прогноз спада ВВП в этом году, хотя и признала, что он будет, а МВФ в начале апреля дал прогноз в 5,5% падения для России. Но очевидно, что ситуация будет хуже, и мы, скорее всего, идем к падению ВВП в 10–20%. Что это такое? Ну, например, в самый худший год экономического спада начала 90-х — 1992-й — ВВП сократился на 14,5%, в "дефолтном" 1998 году, которым у нас принято пугать детей, спад составил минус 5,3% (то есть этот год будет уже хуже 98-го даже по травоядному прогнозу от МВФ). Численность безработных, по данным Росстата, на пике конца 90-х в России составляла около 9 млн человек, что не идет ни в какое сравнение с нынешними прогнозами.
Но это все лишь "цветочки". Основные проблемы у российской экономики начнутся, когда мир станет восстанавливаться после кризиса, — карантин и его последствия могут затянуться на более долгое время, чем изначально предполагалось, но восстановление в этом году мы так или иначе в мире увидим. В мире, но не в России. Плохие новости в том, что восстанавливаться после пандемии нашей экономике просто не на чем.
Власти уже дали понять, что делиться накопленными финансовыми резервами с экономикой не хотят. Прямые инвестиции в Россию остановились еще до пандемии, да и откуда им взяться в нынешней ситуации международной изоляции и произвола силовиков в экономике? Наша страна по-прежнему находится под международными финансовыми санкциями за вторжение в Донбасс в 2014 году и отрезана от мировых рынков капитала — сейчас это оказалось как нельзя более некстати (все правительства, выделяющие сейчас массированную денежную помощь своим экономикам, берут средства на долговом рынке — но нам туда путь заказан).
Единственная сейчас очевидная надежда власти — залезть в карманы к населению и воспользоваться деньгами граждан для прохождения кризиса. СМИ сообщили, что Минфин обсуждает экстренный довыпуск ОФЗ на 1–1,5 трлн рублей, громче всего о притязаниях на деньги населения заявил глава Счетной палаты Алексей Кудрин, что вызвало немалые волнения. Это традиционный способ поддержания неэффективной экономической системы на плаву — активно прибегали к внутренним заимствованиям у населения и власти СССР, хотя ситуацию это не спасло.
И здесь деньги граждан, скорее всего, не помогут: большинство вкладов короткие по срокам, и люди уже побежали забирать деньги из банков после всех последних событий, активно выходя в наличные. После всех последних проблем — от общего недоверия государству и проводимой им политике до путинского налога на проценты по вкладам и массового антиклиентского поведения банков (активно потакающих государственным поползновениям по постоянным блокировкам счетов и безакцептным списаниям средств) — стоит ожидать дальнейшего оттока вкладов. Так что деньги населения точно не смогут стать источником роста экономики.
Так вот, властям после прохождения пика пандемии и карантина нужно будет очень быстро обеспечить экономике восстановление — иначе их ждут большие политические проблемы. Но сделать это не на что. Резервы решено не тратить и сберегать до 2024 года, внешних займов не дают, внутренние не спасут, инвесторы в Россию не собираются. На чем восстанавливаться-то будем?
Сейчас — как во власти, так и в обществе — распространены такие настроения, что, каким бы тяжелым ни был карантин, все это ненадолго, и что все скоро быстро восстановится — вот, например, признаки восстановления активно ищет глава ЦБ Набиуллина. Но это напрасные надежды: все это надолго, отказ правительства помогать экономике и гражданам быстро съест все их личные финансовые резервы — и вот дальше нас ждет затяжной период без всяких перспектив роста.
Вот эта затянувшаяся ситуация будет способствовать политическим переменам гораздо сильнее, чем сам шок от падения. В начале 2000-х экономика быстро оправилась от дефолта-1998, потому что уже завершились наиболее болезненные реформы, власти взяли курс на выход из экономики, снижение налогов и привлечение инвесторов, резко подорожала нефть. Сейчас все наоборот — и это напоминает позднесоветский период, когда старая экономическая модель себя исчерпала, ресурсы для роста было взять неоткуда, но власти упорно отказывались идти на реформы.
Через несколько лет людям все это надоело, и они снесли старую власть — хотя еще за короткое время до этого власти КПСС, казалось, ничего не угрожало. Сейчас мы подходим именно к такому периоду — и политическое "открытие" России после карантина чревато весьма бурными событиями. Репрессии и Росгвардия мало что смогут здесь сделать — против подлинно массового народного недовольства, которое многократно усилится из-за нескрываемого нежелания властей помогать своим гражданам, это все бессильно.