Раз в четыре-пять лет в Украине повторяется национальная игра - "борьба с наводнением на Закарпатье". Вода сходит с гор, смывает населенные пункты и дороги, игра начинается.
Первыми в игру вступают руководители страны. Они спасают народ от очередного "внезапного" стихийного бедствия. Летят министры, вертолеты, спасатели, телекамеры, извергают заботу, сочувствие, скорбь, казенную помощь, обещания все исправить и всем вернуть кров и все отстроить лучше прежнего за счет резервного фонда.
Затем в игру вступают местные власти - они, скромно отводя в сторону глаза, говорят, что необоримая стихия смыла вообще все, надо срочно направить средства из госбюджета, все, что нажито непосильным трудом...
Потом взрываются соцсети и общество, ведь люди снова обсуждают фотографии вырубленных лесов, которые рубили и продолжают рубить, все постят карпатские пеньки.
Затем вступают в дело эксперты-экологи, которые дают профессиональные оценки комплексной проблемы, перемены климата, вмешательство человека в экосистемы, загрязнение мусором.
Затем героями новостей становятся пострадавшие - они потеряли все, их очень жаль, публикуются карточки и номера счетов.
Затем президент отчитывается, сколько людей спасли, сколько домов восстановили, сколько денег выделили, а
Кабмин отчитывается, что план борьбы с наводнениями утвержден, и деньги в бюджете будущего года предусмотрены, мол, если они будут работать еще год, то все необходимые миллиарды найдут и выделят.
Таким образом, провал власти превращается в подвиг.
И через пару недель все стихает и забывается, ведь наводнения есть везде, бывает, а что масштаб у нас большой, так вы в другие страны посмотрите.
Никто не отвечает за то, что в борьбу с наводнениями зарыли за предыдущие десятилетия миллиарды, куда они пошли, можно ли было сократить масштабы ущерба?
Никто не изучает ответственность местных властей, чрезвычайных служб, как велась работа на упреждение?
Никто не изучает, а как финансируются госпрограммы по расширению защитных сооружений и как защищаются от застройки охранные зоны водоемов, как контролируется хозяйственная деятельность в зонах риска, где предполагается сход воды?
Никто не проводит парламентские слушания, чтобы оценить, как меняется экологическая ситуация в стране, что надо делать чтобы избежать беды в будущем?
Никто не контролирует как выполняются решения СНБО и указы президентов по защите населения от стихийных бедствий?
Потому что в следующем году, авось, не зальет.
Украина не умеет жить планами развития на годы, потому что про планы развития здесь вспоминают только после стихийных бедствий, катастроф, войн, и забывают тотчас, как беда и лица жертв уходят с телеэкранов.