Кто-то говорит, что военные учения "Кавказ-2020", намеченные на сентябрь этого года, перерастут в такую операцию, кто-то – что Путину необходимо захватить дамбу в Херсоне, чтобы обеспечить Крым водой…
Разговоры о такой угрозе нужно разделить на два пространства: пространство идеологических и политических спекуляций, то есть "гибридной войны", и пространство действительных ресурсов.
Так вот в пространстве действительных ресурсов Путину нечем воевать. У него нет дипломатических, финансовых, социальных и даже военных ресурсов для того, чтобы начать полномасштабную военную операцию против Украины.
Другое дело, что эту тему с удовольствием обжевывают представители пропагандистских ведомств всех сторон, потому что она мобилизует. Для милитаризованного российского сознания сладка идея усиления военной мощи России и, соответственно, военного влияния. Но это – как раз то, что в конце концов погубило Советский Союз, который слишком много денег тратил на войну. Так вот эта идея вызывает восторги у значительной части российского населения.
Путин привык, что это способствует его популярности. У него за 20 лет правления было всего три всплеска рейтинга, и все три были связаны с войной: Чеченская война, Грузинская война и Украинская война.
Поговорить на эту тему в России любят. Особенно представители силового блока – они любят поиграть мускулами, побряцать оружием и т.д.
С другой стороны, в Украине ведь то же самое. Есть политики, которые пытаются консолидировать общественное мнение и повысить свой рейтинг разговорами о том, что враг не дремлет, с его клыков бежит ядовитая слюна, он клацает затвором и бряцает оружием у священных рубежей.
Со стороны это выглядит, как разговоры о том, что страшнее кошки зверя нет. Но на самом деле у Путина очень развит инстинкт самосохранения. 10 лет в России, как и за рубежом, мусолили "конфетку" о том, что Путин вот-вот введет танки в Латвию или Литву. Но – нет, не введет. Потому что там НАТО, и он прекрасно знает, чем такая история закончится.
То же самое – и с Украиной.
Фирменная мулька Путина – делать то, чего от него никто не ждет. Так, никто не ждал, что он плюнет на Будапештский меморандум и оттяпает Крым.
Путин за время своего 20-летнего правления свел почти к нулю то, что он называл "русским миром". Он выпустил из "русского мира" Украину, самый "братский" народ, с которым практически 300 лет общей истории. Надо быть совершенно "выдающимся" стратегом, чтобы сделать из Украины стратегического противника. А Путин этого добился.
На выходе он прихватил Крым, и в пропагандистском пространстве это выглядело как большая победа. "Крым – наш!!!" – радовались 85% моих уважаемых соотечественников. Сейчас их эта идея уже перестала радовать…
Ресурсы Путина малы, и они сокращаются. Он не может, боится делать шаги, которых от него ждут. В Украине от него ждут агрессии, а это значит, что украинская армия и украинские спецслужбы за последние пять лет, во-первых, были очищены от всех тайных и явных агентов влияния Лубянки, во-вторых, армия приведена в значительно более боеготовое состояние, потому что появилась реальная угроза, в отличие от первой половины нулевых годов.
Если Владимир Владимирович двинет свои войска, то у Украины, конечно, будут большие проблемы в виду огромного преимуществе весовой категории России. Но вполне очевидно, что и Запад уже понял, с кем имеет дело, а потому будет действовать гораздо более конкретно и агрессивно по отношению к потенциальному агрессору.
Так что не пойдет Путин на Украину. Ему важно удержать то, что пока что есть сейчас в Российской Федерации. Ему важно превратить Россию в задний двор, третьесортную азиатскую деспотию, которой он будет руководить. Вот максимум его геополитических стратегий…
Экспансия не стоит на повестке дня – на повестке дня стоит окукливание, выстраивание кордона, изоляция от всего остального мира и т.д. Потому и Прибалтика, и Украина, и все прочие соседи РФ могут спать спокойно, если речь идет о действительной угрозе военных действий. Да, им нельзя спать – им нужно быть готовыми к такому сценарию, но они должны понимать, что вероятность его с каждым прожитым годом все больше уменьшается.
Другое дело – пропагандистское пространство. Язык без костей может рассказывать что угодно, пугать всем на свете и рассуждать об экспансии ради водных ресурсов, ради идеологических ресурсов, ради восстановления Советского Союза. Но это было бы замечательно, если бы кишка не была тонка.