12 мая госсекретарь США Джон Керри посетил Россию.
Визит представителя американского правительства стал первым за последние два года. В Сочи госсекретарь встретился с президентом РФ Владимиром Путиным и главой МИД Сергеем Лавровым. В ходе встречи Керри сообщил, что полное выполнение Минских договоренностей является главным условием для снятия санкций США и ЕС с России, обсудил прекращение огня в Широкино и призвал освободить политических заключенных. Зачем была инициирована эта встреча и о чем договорились Россия и США, "ГОРДОН" спросил у экс-народного депутата, бывшего члена Партии регионов Тараса Чорновила:
"Я думаю, что это признак кризиса жанра у Путина, он до конца не представляет, что делать дальше. Заморозить конфликт или России выйти из него окончательно, либо создать иллюзию выхода и перебросить мяч на другую сторону поля. Мол, теперь вы ищите, что на это ответить.
Действия Обамы в последнее время отодвинули США в сторону, поэтому им нужно сейчас продемонстрировать наибольшую мощь, силу и влиятельность. Обама думает, что его миролюбие войдет в историю, но Керри принадлежит к тем людям, которые считают, что, пока не поздно, нужно добывать славу для Америки. Это человек достаточно жесткий по политическим принципам и он хочет, чтобы Америка восстановила свое влияние.
Керри хочет сохранить точки, которые для Америки важнее умиротворения и покоя.
Во-первых, проблема Израиля, в контексте угроз России продать Ирану ракеты. Это не те ракеты, которыми во времена "Бури в пустыне" лупил когда-то Саддам Хусейн по Израилю. То было такое себе неизвестно что и неизвестно куда. Сейчас это особо опасные целые ракетные комплексы, которые дают прицельные удары, у которых разделяются боеголовки. Причем Иран на самом деле не имеет ядерного оружия, это очевидно, но у него есть то, что называется "грязная бомба" и для Израиля это серьезная проблема. Америка понимает, что это для нее прямой вызов и первый жесткий разговор, который, очевидно, вел Керри, это вопрос Ирана.
Второй очень существенный для Америки момент – это ситуация с ИГИЛ. Армия Исламского государства – колоссальный вызов – фактически смогла развиться благодаря России. Именно Россия полностью ответственна за то, что произошло, потому что все события стартовали с севера Сирии. Она смогла развиться благодаря тому, что Россия вместе с Башаром Асадом разыгрывала игру борьбы против демократической оппозиции, которую поддерживали и Соединенные Штаты Америки. Там, где не было силы у Асада и его правительственных войск, они открыли дорогу для исламизма, который смог задушить на месте войска демократической оппозиции и потом вылился на весь мир. Эта проблема намного страшнее Аль-Каиды, и Россия за это несет за это абсолютную ответственность. Ее действия в том регионе стимулируют дальнейшее развитие ИГИЛ. Эта тема, очевидно, тоже обсуждалась.
И третья тема – Украины, тут пока США уверены, что конфликт не выплеснется дальше, поскольку явно прямое участие России, в отличие от Ирана и Сирии. В данном случае Украина все-таки на третьем месте в этих переговорах.
Что касается чистых разговоров, связанных с выходом из войны через автономию, федерацию, я думаю, что это признак кризиса жанра у Путина, он до конца не представляет, что делать дальше. Заморозить конфликт или России выйти из него окончательно, либо создать иллюзию выхода и перебросить мяч на другую сторону поля. Мол, теперь вы ищите, что на это ответить. Такое поведение типично для российской дипломатии и для президента, который от любых проблем убегает таким виртуальным способом. Сделали какое-то заявление – а теперь вы на него реагируйте. Мы же предложили, как ситуацию спасти: "Пускай восстанавливается единство украинского государства, пускай там будет большая автономия. Вы же видите, они очень сильно хотят свободы, вот вы что-нибудь им там дайте".
Но ведь параллельно с этим идет немного другой пакет. Речь идет не просто об автономии тех территорий. Речь идет о том, что по старому пакету, который готовился еще для Приднестровья, это автономия с правами вето на целый ряд основных, ключевых внутри- и внешнеполитических решений государства. То же самое, что они когда-то готовили для Приднестровья, все тоже сейчас предлагается и Украине. Так называемый план Козака. Очевидно, что Украина на это пойти не может, но Украина предстала перед фактом, что Россия сделала предложение, а теперь вы как-то на это реагируйте.
Насколько я знаю, официальная позиция сводится к тому, что никакой расширенной автономии никто давать не собирается. Максимум на что могут рассчитывать – это особый вариант особенного исполнения местного самоуправления. Очень принципиально, что это не автономия".