Ученые проанализировали ДНК древних жителей Европы и установили, что первые фермеры, которые прибыли на субконтинент с Ближнего Востока, не смешивались с местными охотниками-собирателями, а полностью замещали их. Выводы исследователей были опубликованы в журнале Scientific Reports.
В ходе исследования ученые попытались найти следы скрещивания первых фермеров и последних охотников Старого Света в ДНК современных и давно умерших жителей Ближнего Востока и Европы.
Свое исследование ученые построили на простом и логичном предположении – культурные контакты должны были неизбежно приводить к появлению смешанных браков и детей и появлению "ближневосточных" частей генома в ДНК последних охотников Европы. Чем теснее были эти контакты, тем больше должна быть доля "неправильных" участков в их геномах.
Руководствуясь этой идеей, ученые проанализировали несколько десятков "воскрешенных" геномов древних европейцев и выделили из них так называемую митохондриальную ДНК – небольшую часть генома, которая хранится в митохондриях, "энергостанциях" клетки, и передается от матери к ребенку.
Геномы древних фермеров и охотников, в силу разного их происхождения, содержат в себе разные версии мтДНК, так называемые гаплогруппы, благодаря чему любые следы длительных контактов между ними можно найти, обнаружив "чужую" гаплогруппу в ДНК европейских "аборигенов" или ближневосточных "мигрантов".
Для подобных поисков ученые избрали гаплогруппу К, широко распространенную на Ближнем Востоке сегодня и в прошлом, но полностью отсутствующую среди охотников-собирателей, живших в Европе до начала "неолитической революции".
Эти поиски, как отмечают исследователи, не увенчались успехом – следы гаплогруппы К присутствовали в большом количестве лишь в ДНК людей, живших на территории Леванта и Анатолии на заре появления фермерского искусства, и ее доля стремительно убывала при удалении от Сирии, где число ее носителей в то время было максимальным.
После начала колонизации Европы, число носителей этой гаплогруппы начало расти на ее территории, и фактически все они были фермерами, а не охотниками-собирателями. В целом, как показывают расчеты ученых, лишь 2% ближневосточных мигрантов могло участвовать в культурном обмене и контактах с охотниками-собирателями. Это, в свою очередь, говорит о том, что первые фермеры Европы предпочитали не делиться секретами своего успеха, а постепенно колонизировали новые территории, вытесняя или даже уничтожая племена "аборигенов".