Не понятно, кто сидел за рулем Volkswagen. Потому что то, что осталось от автомобиля – уже никто не расскажет, как было на самом деле: почему была такая высокая скорость, откуда ехали. Я не полицейский, чтобы оценивать ситуацию, но уверен, что не должно быть так, чтобы тонули мастера спорта по плаванью, и чтобы разбивались люди, занимающиеся автомобильными гонками.
Все аварии на свете происходят по двум причинам: это превышение разумной для данных условий эксплуатации скорости и переоценка собственных возможностей как водителя. Здесь на лицо и то, и другое. Потому что пишут сейчас в интернете про тормозной путь в 70 метров. Машина ехала боком 70 метров. Это же не тормозной путь, это просто следы от скольжения колес автомобиля.
Я бы категорически хотел отметить, что практически все в соцсетях говорят, что это были опытные гонщики. Тарас был штурманом. Штурман – это человек, который не ездит за рулем. Поймите правильно. Например, Даниель Элена, почти 10-кратный чемпион мира, штурман Себастьяна Лёба, он бы в Чемпионате Украины в «десятке» за рулем не приехал. Он умеет на скорости 200 км/час диктовать стенограмму, говорить, куда ехать. Но он не понимает, что происходит с рулем. Это все равно, что приравнивать летные навыки командира корабля, налетавшего 10 тысяч часов, и стюардессы этого экипажа, которая тоже налетала 10 тысяч часов.
Поэтому Леша был не опытный пилот, но подающий надежды и перспективы. Ему было 20 лет. Если он сидел за рулем – это переоценка своих возможностей. Ранее утро, перепад температуры, место с очень неприятным трамплином – чтобы уходить направо и ехать на Киквидзе под мост. Не зря там раньше всегда стоял не стационарный пост ГАИ, но место было, прибитое гаишниками. И все люди, которые ездили больше чем два раза, знали, что если тебя поймают за превышение – накажут, и сбрасывали скорость.
Возможно, в каких-то обстоятельствах нам бы неплохо вернуть практику этих видных и очевидных выставленных постов с радарами, потому что мы не можем контролировать скорость людей. Вариант мог быть такой, что люди ехали достаточно быстро по Бориспольской трассе или по проспекту Бажана, переехали Южный мост, дорога прямая, очень длинная, но в наших раллейных записках там был бы поворот, который называется «1.1» – единица с точно таким же заворотом, длинная – это требует в спорте очень серьезных навыков: правильно заехать в этот поворот, поставить его на дугу, и остаться. Но это спорт. И мы давным-давно не ездим в обычных условиях так, как бы ехали в спорте.
Я во Львов из Киева ехал 5 с лишним часов на скорости 90 километров в час на бусе. Были времена, когда я бы сюда, наверное, часа за 3,5 долетел. Все бы дымило, горели тормоза, покрышки, сердце, пульс 200. Я считал бы, что я герой. Это было еще во времена, когда Украина только стала независимой. Сейчас с возрастом и опытом понимаешь, что на самом деле ты ничего не выигрываешь. А вот цена ошибки, какой-то самонадеянности... Я не сомневаюсь, что там имели место ошибка и самонадеянность того, кто был за рулем. Мне очень грустно, что это произошло. Мне очень жалко родню ребят. Но ошибка и самонадеянность привели к летальному исходу двоих человек. Слава богу, что не погиб кто-то еще. Потому что они могли улететь не в опору столба, а как это произошло в свое время с Игорем Пелыхом – на встречную полосу, кувыркаться, попасть в какую-то легковушку, в которой ехала семья с детьми.
Я хочу, чтобы каждый сделал из этой истории вывод: каким бы ты не был спортсменом, перспективным, с навыками – на обычной дороге все мы просто люди. Когда занимаешься каратэ – это не повод выйти из спортзала и начать всех бить, потому что ты каратист. Или в шторм, потому что ты чемпион мира по плаванью, прыгнуть в океан или в море – ты можешь утонуть в стакане воды.
Здесь мы просто обычные люди: ездим, живем и не отсвечиваем. Так это и надо воспринимать.