Одной из первых среди погибших прозвучала фамилия старшего бортпроводника Игоря Матькова (на фото в заголовке). Когда утром 8 января только стало известно о крушении украинского самолета, родители 34-летнего Игоря тут же приехали в аэропорт «Борисполь». Мама бортпроводника рассказала, что у нее было плохое предчувствие. А бывшая жена Игоря Матькова, с которой он поддерживал дружеские отношения, рассказала «ФАКТАМ», что сам Игорь тоже не хотел лететь тем рейсом, хотя уже не раз летал в Тегеран. Вечером 7 января Игорь, уже находясь в самолете, звонил родным и долго с ними разговаривал — как будто хотел попрощаться.
- Он даже позвонил моему сыну Алеше и поговорил с ним об учебе, о том, чтобы он меня слушался, — рассказала «ФАКТАМ» бывшая жена Игоря Матькова Кристина. — Это мой сын от первого брака, но Игорь был ему как отец. Для меня Игорь тоже родной человек. В прошлом году мы расстались, но сохранили дружеские отношения. Мы каждый день общались, переписывались. Часто встречались, Игорь привозил мне гостинцы из разных стран… 7 января тоже общались. Утром он ездил в Козелец Черниговской области, чтобы поздравить родителей с Рождеством. Игорь сам родом из Козельца, но уже давно живет в Киеве. А его родители остались в Козельце, мама там работает операционной сестрой в районной больнице. Днем 7 января Игорь писал, что у него все хорошо.
А вечером Игорь позвонил мне уже из самолета. Они еще были в Киеве и должны были вылетать в Тегеран. Я спросила, много ли человек в самолете. Игорь ответил, что из Киева в Тегеран летит мало пассажиров, а вот назад будет возвращаться полный самолет. Где они будут отдыхать — в самолете или в гостинице- Игорь тогда еще не знал. Он признался, что не хочет лететь. Этого рейса изначально не было в его расписании. Игорь должен был лететь в Барселону, но потом что-то изменилось и ему поставили в расписание Тегеран… «Представляешь, там уже ракеты нацелены, а мы туда летим» — говорил. Я говорила ему не накручивать себя, хотя сама ужасно волновалась.
Вечером 7 января Игорь сказал, что, когда вернется, хочет пойти с моим сыном на каток… Потом вспомнил, как сам в детстве учился кататься на коньках, мы посмеялись… Мы с ним говорили так долго, что у него даже разрядился телефон. Но как только Игорь нашел зарядку, он опять перезвонил. Это было немного странно — обычно, если он и звонил из самолета, разговоры были короткими, сугубо по делу. А тут ему как будто хотелось успеть наговориться… Или он, что-то предчувствуя, так с нами прощался. Потому что в тот вечер он позвонил и моему сыну тоже. Я попросила Игоря, чтобы он, как только вернется в Киев, сразу мне об этом написал. Ожидала, что, когда проснусь, найду от него сообщение. Но утром 8 января я нашла шесть пропущенных звонков от его мамы. Очень удивилась, ведь мы с ней практически не общались. С ужасом подумала, что, наверное, что-то случилось — или теракт, или захватили заложников… Перезвонила, а она сказала мне: «Наш Игорь разбился». Ей об этом сообщила старшая дочь, которая живет в Америке. Узнав из новостей, что в Тегеране разбился украинский самолет, она перезвонила родителям и спросила, куда на этот раз полетел Игорь. А оказалось, как раз в Тегеран…
Вчера маме Игоря предлагали лететь в Иран. Я ее отговаривала. Игоря уже не вернуть, а что ей, с ее слабым здоровьем, делать в стране, где идут боевые действия? Мы уже ничего не можем изменить. Я все время думаю о том, что должна была уговорить его отказаться от этого рейса. Ведь мы понимали, как там сейчас опасно. Я все время об этом думала. Даже когда он летал в другие, безопасные страны, каждый раз молилась, чтобы самолет долетел и ничего не произошло. Игорь летал очень часто, у него было по пять рейсов в неделю. Он очень любил небо, авиацию… Не могу сказать, что ему нравилось быть бортпроводником. Он давно уже перерос эту работу. Игорь учился на пилота, уже получил лицензию и искал работу. Он буквально жил небом. Мы с ним даже познакомились в самолете. 12 января десять лет назад я возвращалась в Киев из Рима, а Игорь был в самолете бортпроводником. С тех пор на протяжении девяти лет он 12 числа каждого месяца дарил мне цветы. Несмотря на то, что мы расстались, Игорь продолжал меня поддерживать — и с воспитанием сына, и когда тяжело заболела моя мама. Он был очень добрым человеком. Не мог пройти мимо бездомного или больного животного — сразу его забирал, выхаживал и искал ему дом. Пока мы жили вместе, он так спас как минимум шесть котов. Даже 7 января, будучи у родителей, присылал мне фотографии спасенных котиков. Он был моим лучшим другом. И я, наверное, еще не осознала, что его больше нет.
Читайте также: Крушение украинского самолета в Иране: появилось видео с места авиакатастрофы