Итогом саммита G-20 в Китае стал фактический отказ Запада от прямых переговоров с Кремлем по «украинскому вопросу». Немцы и французы не захотели обсуждать реализацию Минских договоренностей без участия представителей официального Киева. Российский президент Владимир Путин за пару недель до саммита пытался шантажировать Киев и Брюссель массированным вторжением со стороны Крыма и южного военного округа, но потерпел оглушительное дипломатическое поражение.
В начале прошлого месяца российские спецслужбы неуклюже состряпали историю о «диверсантах», направленных на полуостров якобы украинской военной разведкой. Часть задержанных оказалась крымчанами с российскими «аусвайсами». История изначально была шита белыми нитками. Сначала оккупанты заявили, что члены группы прорывались под прикрытием артиллерии и бронетехники, что глупо само по себе. Первоначальная версия пропагандистов сводилась к тому, что задержанные планировали взрывы на важных промышленных предприятиях и объектах социальной инфраструктуры. Потом в ход пустили версию о попытках Киева сорвать курортный сезон на оккупированном полуострове, что выглядит еще большим абсурдом. Крымчане ничего не заработали на туристах по вине оккупантов, а не мифических украинских «террористов».
Несмотря на это, Владимир Путин с умным видом рассуждал о том, что Украина «перешла к практике террора». «Крымнашисты» ждали, когда их фюрер произнесет сакраментальную фразу «мочить в сортире», но тщетно. Кремлевский главарь ограничился лишь многозначительной фразой о том, что Москва не оставит без внимания действия украинской стороны. «Конечно, в этих условиях встречаться в нормандском формате, тем более в Китае, бессмысленно», – заявил Путин. Как показали последующие события, провокацию на крымской «границе» готовили только ради попытки вывести Киев из переговоров по Донбассу и отменить санкции без реализации Минских договоренностей.
Российская армия под видом «внезапной проверки» начала подготовку к военным учениям «Кавказ-2016», чем насторожила украинскую общественность. Ведь именно так Москва в 2008 году организовала вторжение на грузинские земли. На таком фоне Путин отправился на саммит в Китай. Благо, европейские политики давно осознали, что российский президент специально изображает из себя психопата. К большой войне в Украине он пока не готов, но и отказаться от попыток дестабилизировать нашу страну он не может, так как сразу возникнет вопрос по Крыму.
Встреча с французским президентом Франсуа Олландом показала, что ЕС не намерен в деталях обсуждать проблему террористических «республик» Донбасса без Украины. Официальный Париж анонсировал проведение в октябре очередной встречи «нормандской четверки». Российскому лидеру пришлось наступить себе на горло и спешно признать, что прежний формат переговоров не имеет альтернативы. Вообще, с «Крымнашем» и бойней на Донбассе Владимир Путин попал в идиотскую ситуацию. Он рассматривал интервенцию в Сирию, как возможность навязать Вашингтону свою повестку дня по оккупированным украинским территориям. После встречи с президентом США Бараком Обамой в рамках саммита G-20 выяснилось, что теперь Крым и Донбасса стали теми рычагами, которыми из Москвы выбивают более сговорчивую позицию по Дамаску.
Москва, с одной стороны, демонстрирует готовность к компромиссу, но, с другой, там прекрасно понимают, что «продать» диктатора Башара Асада за признание «Крымнаша» уже не выйдет, а уступки по террористическим «республикам» Донбасса не сулят послаблений против оккупированного полуострова и уж тем более никак не укрепляют власть пока еще сирийского президента. История с «крымскими диверсантами» и громкое бряцание оружием у наших границ были отчаянной попыткой выйти из этого замкнутого круга. Затея не удалась, а Вашингтон показал, что Россия заплатит большую цену за агрессию против Украины.
Если сравнивать нынешнее поведение Путина и политику Кремля весной-летом 2014 года, то елейные речи о безальтернативности «нормандского формата» уже сами по себе являются существенной уступкой. Кремль был готов на ограниченную эскалацию со стороны аннексированного Крыма, но отступил под давлением цивилизованного сообщества. Спецоперация по захвату и раскрутке «украинкой ДРГ» с грохотом провалилась. Российскому президенту пришлось срочно дезавуировать прежние заявления и продолжить переговоры с нашей страной.
Путина и его команду в очередной раз подвели некомпетентность и полное непонимание того, как устроена европейская политика. Звучит парадоксально, но они воспринимают дипломатию сквозь призму собственных полукриминальных установок. В кремлевской реальности мировая политика представляет собой не просто иерархическую структуру, а некое подобие тюрьмы, в которой есть «паханы», «блатные», «шестерки» и прочие группы сидельцев. Их понимании, Украина не обладает политической субъектностью, а аннексию Крыма можно легализовать, договорившись с западными «паханами». Такая ментальная пропасть приводит к тому, что Кремль бьют (пока еще экономически), а на каждой встрече разговаривают с ним сквозь зубы.
Российские пропагандисты могут вещать, что угодно, но саммит «большой двадцатки», к которому Москва так тщательно готовилась, обернулся громким персональным поражением Владимира Путина. Отныне кремлевские «планировщики» могут придумать какую угодно гадость в Крыму или на Донбассе, но каждый раз они будут наталкиваться на жесткое экономическое давление. Время «хитрых планов» ушло безвозвратно.