Так вчера Антимонопольный комитет Украины начал рассмотрение дела относительно согласованных действий в виде внесения изменений в Правила оптового рынка. Чем поставил под вопрос действительно стратегически верное решение правительства в сфере энергетики.
Ситуация на самом деле достаточно проста. Часть блоков украинских ТЭС работают на угле газовой группы, а еще часть – на антраците. Это было логично до тех пор, пока в Украине добывали обе марки угля. Теперь ситуация изменилась – весь наш антрацит остался на оккупированных территориях. Вот и принял Кабмин решение о переводе всех украинских ТЭС на газовую группу. И в 2019 году все блоки на будут работать на марке «Г». Да, процесс требует усилий и инвестиций. Но альтернативы нет. Вопрос – как эту задачу реализовать? Правительство не может просто команду частному бизнесу в приказном порядке. Но может создать необходимые условия.
Итак, изменения, внесенные Советом ОРЭ в Правила оптового рынка, предусматривают, что блоки ТЭС, использующие газовую группу угля, включаются в работу в первую очередь по сравнению с "антрацитными", вне зависимости от ценовой конкуренции. Антрацит используем только в самом крайнем случае и только до 2019 года. То есть схема проста. Хочешь продавать электроэнергию на украинском рынке? Переводи блоки на марку «Г». Будем покупать. Нормальный стимул, понятный и логичный. Тем паче, уголь газовой группы мы покупаем за гривны у своих шахтеров, то есть деньги остаются в украинской экономике. А антрацит за валюту, которая просто уходит из страны.
Еще два важных момента в уравнении. Первый – раз уж мы заговорили о ценах, то антрацит на мировом рынке стоит сейчас гораздо дороже, чем в демонизированной формуле «Роттердам+». Там в рассчете за последние 12 месяцев цена выходит порядка 2113 гривен. Антрацит в ЮАР мы покупаем по 95 долларов, а в Пенсильвании порядка 100 долларов. На 27 все умеют умножать? Плюс потраченные на украинские шахты деньги пойдут не только на зарплаты, но и на развитие добычи. Что позволит нам в перспективе вообще отказаться от импорта. Если не победит желание сэкономить на собственных шахтерах, как делали 20 лет, убивая добычу не только угля, но и газа.
Второй важный момент против покупки антрацита на мировом рынке – его происхождение. Антрацит можно купить в России, поддержав экономику агрессора. Можно в США или ЮАР. Пикантность закупки в России состоит еще и в том, что мы можем «случайно» купить собственный уголь с оккупированных территорий. Да, он активно легализуется через «Внешторгсервис» и Южную Осетию. Но даже ограничившись закупками в ЮАР и США мы работаем в пользу РФ и ОРДЛО. Рынок антрацита не слишком большой и достаточно сбалансирован. Закупая африканский и американский уголь, мы освобождаем нишу и спрос для РФ и Донбасса.
Вариантов всего два. Потратить деньги на перестройку блоков, но в результате уйти от импортозависимости и развивать свою добычу и вкладывать деньги в украинскую экономику. Валютных расходов при таком сценарии ноль. А можно покупать антрацит за валюту, поддерживая экономику России и ОРДЛО. Для украинской экономики чистый минус, плюс теряет смысл развитие добычи и перестройка блоков на ТЭС. Казалось бы – выбор очевиден. Но не для АМКУ.