Уверен, Кремль боится честных журналистов. Совершенно не случайно правление Владимира Путинаеще два десятилетия тому назад начиналось с установления полного контроля над российским телевидением. Потом дошла очередь до газет, журналов, радиостанций, даже интернет-изданий. Тот, кто не хочет следовать за пропагандистской линией российского руководства, просто «исчезает с радаров». Масс-медиа передаются новым «правильным» собственникам, интернет-издания запрещаются, честные журналисты – преследуются.
И когда Россия приходит на чужую территорию – она быстро устанавливает там свои порядки. Преследование Николая Семены отличается от преследования Станислава Асеева только тем, что происходит «на свету». Крым официально «включен» в состав Российской Федерации. Судебный процесс над Семеной нельзя проводить в обстановке полной секретности. С опальным журналистом могут встречаться коллеги и правозащитники.
Нельзя просто так взять и предъявить Семене придуманное обвинение. И, возможно, эти обстоятельства и спасли нашего коллегу от расправы, от уничтожения не просто ложным приговором, но и заключением.
А судилище над Асеевым происходит во тьме. В кромешной тьме. На оккупированном Донбассе нет никакого легального правосудия. Марионетки, которым отдали на растерзание этот регион Украины, могут делать все, что они хотят – было бы одобрение «кураторов» из российских спецслужб.
Именно поэтому та ненависть к свободному слову, которую, думаю, питает все руководство России, на Донбассе выражается в чистом виде, без всяких сантиментов и опасений.
Уверен, Станислав стал жертвой этой концентрированной ненависти.