Заместитель министра иностранных дел России Александр Грушко заявил, что для проведения новой встречи в нормандском формате необходимо увидеть результаты предыдущих договоренностей. Таким образом, в Москве перешли к той же самой тактике, которую применяли перед проведением саммита в Париже
Тогда Владимир Путин требовал "договориться перед договоренностями" - и Москва фактически блокировала проведение саммита и откладывала его до момента, пока Владимир Путин не поверил, что Владимир Зеленский не пойдет на значительные уступки. Да, этих значительных уступок на самом саммите добиться не удалось. Однако теперь в Москве, по сути, вновь пытаются склонить к тем же уступкам украинского президента.
Главная проблема отсутствия прогресса в исполнении Минских договоренностей, по мнению Грушко – "отсутствие всякой готовности Киева к нормальному диалогу с Донецком и Луганском". Это совсем не то, о чем договаривались в Париже. Но зато то, к чему Путин пытается склонить украинских президентов – вначале Порошенко, а теперь Зеленского – с первого дня оккупации Донбасса. Разговаривать с наемниками! Признать, что Россия – не оккупант, а посредник! Это одна из самых важных задач Путина. И сейчас Москва будет убеждать Зеленского, что без такого "диалога" новый саммит вообще не состоится.
Исполнение всех остальных договоренностей, по большей части, зависит от Кремля. Москва не заинтересована в прекращении огня на Донбассе. Если бы была заинтересована – обстрелы украинской территории давно уже прекратились бы без всяких договоренностей в Париже. В Кремле не спешат с новым разведением войск, хотя само разведение – и это тоже нужно понять – носит по большей части косметический характер и серьезным образом не влияет на позиции сторон. Москва блокирует расширение мандата миссии ОБСЕ, хотя договоренности о возможности круглосуточного наблюдения считались одним из немногих достижений саммита в Париже. Ну и обмен – он всегда зависит от Путина, только от него.
Что действительно зависит от Киева – так это имплементация формулы Штайнмайера в украинское законодательство. Но сейчас Зеленский – если бы и хотел – не может ничего сделать даже для демонстрации готовности к осуществлению такого шага. Украинский парламент всерьез и надолго "заблокирован" земельным законом. И даже после того, как рассмотрение этого законодательства завершится – а это может произойти уже после изначально запланированной даты саммита – нет никаких гарантий, что для пресловутой имплементации хватит голосов.
Все это означает, что у Путина – пространство для шантажа. И он может склонять Зеленского к новым и новым уступкам – пока украинский президент не поймет, что его российский коллега не собирается прекращать войну и возвращать Донбасс и Крым. Что цель Путина – захват Украины, а не компромисс с Зеленским. И для того, чтобы разговаривать с Путиным на равных эту простую истину нужно для начала просто осознать. Это и станет первым шагом Зеленского к собственному политическому выздоровлению – и, возможно, такой шаг заставит и доверчивых сторонников президента Украины переместиться в реальный мир из страны телевизионных чудес.