"Принуждения Украины к капитуляции": задействованы новые рычаги
РФ активно перебрасывает в Крым не просто лояльное, а коренное население других регионов России.
Характерная новость в формате – звено в цепочке. В субботу, 20 марта, вступил в силу "указ" президента России Владимира Путина о запрете "иностранным гражданам" владеть землей в незаконно оккупированном РФ Крыму. Для каких "инстранцев" подготовлен очередной рычаг давления очевидно - маловероятно, что в Крыму массово владеют участками граждане Великобритании или Узбекистана. Это исключительно против граждан Украины. Ключевой вопрос – зачем?
Привычное нам по присутствию "русского мира" мародерство и желание никуда не делось, это логично. Но тут вопрос политический. И не только по Крыму. Подобные решение с непризнанием украинских документов постепенно внедряют на временно оккупированной российскими военными районах Донецкой и Луганской областей. Под сомнения поставят права собственности на движимое и недвижимое имущество, которое не переоформят по "местным законам". В настоящий момент подобные процедуры вступления в права владения уже работает только с местными бланками и реестрами. Совпадение? Ни в коем случае. Единая стратегия, несмотря на совершенно разные стратегические подходы Кремля к перспективам ОРДЛО и Крыма.
Наш МЗС к этому "указу" отнесся с вполне логичным пренебрежением. Мол, все решения российских властей по Крыму юридически ничтожны, потому что оккупация незаконна. И это совершенно логичная реакция. Было бы ошибкой начинать защищать права украинских собственников в Крыму на официальном уровне, вступая в прямые дипломатические переговоры с представителями РФ в Крыму. Любые прямые переговоры с так называемыми властями российского Крыма, как и с никем не признанными "представителями ОРДЛО" только способствуют их легитимизации. И в Кремле это прекрасно понимают. Потому и пытаются взять Украину в шахматную "вилку".
Первое. Дело не только в том, что РФ активно перебрасывает в Крым не просто лояльное, а коренное население других регионов России. Тем самым, на перспективу обеспечивает себе полностью лояльное население жителей полуострова. Это не новое решение – подобную операцию проводили после депортации крымских татар еще при СССР. И с тех пор активно заселяли полуостров советскими военными пенсионерами. На десятилетия вперед создав в Крыму мощную пророссийскую громаду. На которую вполне можно было опереться при необходимости. Что мы и видели в 2014 году.
Второе и главное. Любое давление на владельцев украинских паспортов и пытающихся сохранить свои правила жизни в привязке к украинским законам делает жизнь наших граждан сложнее. И Кремль создает максимум неудобств для таких непослушных. Ограничение имущественных прав – один из самых простых первых шагов. Закручивать гайки настолько, чтобы украинский МИД вынужден был вмешаться. Не с абстрактной нотой, а обратился напрямую.
Уверен, таким переговорам Москва сразу включит режим наибольшего благоприятствования. Заставить официальный Киев вести переговоры с "официальным российским Крымом" - бинго! А потом проще будет дожимать Украину до прямых переговоров с ОРДЛО. Потому что пока вместо реализации "Минских соглашений" на российских условиях Зеленский оставляет Медведчука без рупоров пропаганды. Значит, рычагов "принуждения Украины к капитуляции" будет задействовано все больше. И в первую очередь эти новости будут приходить как раз не из Крыма, а из Донецка и Луганска. Этот вопрос для Кремля в приоритете.


F-35 для Саудівської Аравії: Чи загрожує це безпеці Ізраїлю та які переваги?
США запроваджують нові потужні санкції проти Росії: ключова роль Трампа та стратегічні ставки
Джейкоб Колльєр: Музика як мова, що об'єднує та трансформує через "коливання"
Міст квітів 1990-го: Як Молдова та Румунія втратили шанс на об'єднання і чому це може статися через ЄС
Генетично модифіковані організми: чому споживачі відмовляються від них та як це можна змінити
LEGO повертає дітей до реальності: чому конструктори перемагають цифрові розваги
Податки, бюджет та майбутнє української економіки: глибокий аналіз
Наймолодший мер Японії: Як діалог з громадянами змінює міста














