| Константин Стогний |
Верховная Рада решила обезопасить журналистов и членов их семей, приняв закон, которым усиливаются гарантии законной профессиональной деятельности журналистов. Однако парламент принял не новый документ, а фактически придал силу закона приказу №88 МВД Украины от 25 марта 2010 года, который между собой в милиции и среди журналистов-криминальщиков называют «приказом Стогния». Редакция «FaceNews» связалась с Константином Стогнием, которому принадлежит авторство данного документа во времена его работы начальником Департамента по связям с общественностью Министерства внутренних дел. Тележурналист, автор программы «Надзвичайні новини» рассказал, почему чиновники игнорируют неудобные для них вопросы, почему документ получил статус закона лишь спустя пять лет, и поможет ли он журналистам в их профессиональной деятельности.
Почему документ получил статус закона именно сейчас?
За последние полгода произошло четыре убийства журналистов, нападения на журналистов, избиение. Произошедшее с Бузиной говорит о том, что власть наплевательски относится к безопасности журналистов. Украина все дальше и дальше уходит от свободы слова. Ведь не одному журналисту, которые оказались под следствием, грозят «перспективы» получить огромные сроки. Вспомнить хотя бы Коцабу. Добавьте к этому создание новых ведомств. Вспомните, что перед Майданом декларировалось, что будут сокращаться ведомства и министерства, а тут сразу же появляется новое министерство, как его журналисты называют «Минстець» или «Министерство правды». Об этих факторах как о недопустимых в развитии демократических обществ говорят международные правозащитные организации. И поэтому Украина спустилась на последние места в мире по безопасности. И с этим необходимо что-то делать. Но вместо того, чтобы получить объективное расследование и защиту журналистов, мы имеем нераскрытые преступления. Более того, убийство Бузины показало, что его никто даже не собирается раскрывать. Это убийство хотели повесить на тех, кто напал на милиционеров на АЗС в Киеве. Кажется, это уже не получается. Поскольку достаточно тяжело доказать причастность, если люди этого не совершали. Место преступления сразу было затоптано – старались не сохранить вещественные доказательства.
Почему так происходит?
Это все говорит о том, что становится очевидным не только гражданам страны, но и международным организациям: проблемы в Украине со свободой слова и защитой журналистов огромные.
Нужно было власти искать выход. Преступления раскрывать она то ли не хочет, то ли не может. Во всяком случае, нужно было что-то предпринимать. И пиарщики нашли решение: нашли закон №88, который готовился еще во времена Цушко. Это в свое время очень нужный приказ был, хотя его и начали подзабывать. Весь текст приказа я вижу в обсуждениях принятого 14 мая Верховной Радой закона. Поэтому необходимость принятия вчерашнего закона для усиления гарантий законной профессиональной деятельности журналистов – это пиар-ход, который дает слабый сигнал международному сообществу: видите, мы собираемся защищать журналистов.
Позволит ли закон не бояться проводить журналистские расследования?
Я думаю, что в нормальной стране это позволило бы. Но в нынешних условиях, в нынешних реалиях, конечно, любой журналист, приступая к серьезным журналистским расследованиям, будет помнить происшествия со своими коллегами в течении последнего времени и переживать за свою жизнь. Поэтому мы пока что не видим ярких разоблачающих материалов. Они периодически появляются в материалах программы «Наші гроші» на телеканале ZIK. Но, общаясь с журналистами, я понимаю, что им это делать весьма сложно, что все-таки они опасаются. Достаточно вспомнить, как себя вел украинский олигарх Игорь Коломойский под «Укрнафтой» в столице с журналистом «Радио свобода», где полно милиции. Поэтому говорить о безопасности журналистов сейчас, наверное, не приходится.
Как часто власть игнорирует неудобные для них вопросы журналистов?
Игнорирует. Сейчас время беззакония, которое позволяет чиновникам не опасаться того, что они будут наказаны, и на них подадут в суд за то, что они не выполняют свои прямые обязанности. Но я полагаю, что по мере улучшения ситуации в стране, если она дай бог будет наступать, они все-таки поплатятся за это. Мне сложно говорить о других редакциях, но, например, у редакции «Надзвичайних новин» несколько десятков писем запросов в МВД, прокуратуру – все сроки прошли, а ответы мы не получаем. Также это касается и других государственных учреждений. Только на личных контактах, только когда уже готовим письма в суды, когда они уже начинают туда поступать, тогда чиновники начинают перезванивать, находить какие-то причины и оправдания, почему они не ответили. И это массовое явление сейчас.
Поэтому, смело могу утверждать: чиновники игнорируют неудобные для них вопросы. И будут всеми способами пытаться уходить от них, потому что на самом деле острых вопросов, которые сейчас возникли в жизни страны, сейчас гораздо больше, чем есть ответов чиновников. Они показывают свою абсолютно профессиональную непригодность. Они неспособны ответить на вопросы, поэтому будут придумывать схемы, как уходить от них.