Реальность всегда проигрывает описанию реальности. И какая разница, каким на самом деле был Арсен Павлов – мойщик машин из республики Коми? Мы этого не знаем и не узнаем – сам боевик о своей биографии говорил крайне скудно, а российские СМИ больше интересовались его настоящим, чем прошлым. Было известно лишь то, что рос без родителей, воспитывала бабушка, служил в морпехоте, мыл машины, а потом, насмотревшись телевизора, поехал «защищать Донбасс от нациков».
Возможно, его биография была таким же фейком, как и вся история «непризнанных республик» – ну так и тут все логично и цельно, придраться не к чему, да и незачем. Но сама формула его биографии была универсальна и проста. Глубинка, бабушка, безотцовщина, Чечня и внутренние враги, Донбасс и враги внешние. Автомат Калашникова как социальный лифт: уже в Донецке Арсен Павлов получает жену, квартиру, известность и биографию. На его кителе появляются полковничьи погоны и награды. Персональная санкция ЕС, запрещающая выдачу шенгенской визы, выглядит как смешная нелепица.
«Моторола» и «Гиви» – два главных медийных персонажа российско-украинской войны, олицетворяющие «народные низы». Все остальные полевые командиры были рангом повыше и биографией потолще. А эти двое были олицетворением того, как нужно делать, чтобы из Иванушки-дурачка стать Иваном-царевичем. Билет до Ростова, граница, автомат и окоп. «В борьбе обретешь ты право свое». «Кто был никем, тот станет всем».
Этот тандем был тем более примечателен, что Михаил «Гиви» Толстых в нем по замыслу олицетворял «украинских повстанцев». Уроженец Иловайска, служивший в украинской армии, с началом войны ушедший на фронт защищать Донбасс от хунты – ролевая модель для самих уроженцев оккупированного региона. А Арсен «Моторола» Павлов уже был персональным воплотителем судьбы «российских добровольцев», приехавших помогать «братскому востоку». Нерушимая дружба народов, антифашистская коалиция, интербригады.
И сейчас ведь даже не важно, кто убил Арсена Павлова. Были это ребята из украинских спецслужб, или бомбу заложили люди Захарченко, или в Кремле решили, что мертвый Моторола полезнее, чем живой – это уже не имеет значения. Убийство «Моторолы» – это деконструкция всего того мифа, который создавался на протяжении последних двух лет. Который гласил, что удаль антифашистская способна вынести тебя из грязи в князи, щедро оделить славой, женой и деньгами. И что правильная модель поведения – это поверить телевизору, встать с дивана и добраться до Донецка. Кто знает, сколько еще безымянных моторол поехало убивать украинцев, насмотревшись в телевизоре на своего медиапрототипа?
И ведь теперь не будет ничего. Ни памятников, ни памяти. Останется страничка в российской Википедии с фотографией маленького мойщика машин в большом шлеме. Правда, никто не может гарантировать, что подпись под этим фото не изменят в тот момент, когда история снова сделает зигзаг. Но остальным не досталось и этого. В конце концов, что мы помним о Пономарева и Здрилюке, Пургине и Маковиче, Березине и Безлере?
Единственное, что нам нужно о них знать – так это то, что благодаря им, на свет появилась новая Украина без опасных иллюзий.