Чаще всего дискуссия сводится к тому, что все негоразды рождены глобальными соперниками. Эта позиция удобна и легка – сразу понятен титанический масштаб проблем, рухнувших на богоспасаемую родину. Как тут сдюжить?
Но в реальности проблемы любой страны, которую приучают ходить строем, рождены причинами маленькими и не эпическими. Плохо измеримыми и не выглядящими грозными. Например, проблемами малого бизнеса. Уничтожением небольших магазинов и парикмахерских. Зачисткой всего того бюргерства, что делает одни страны комфортными для жизни, а другие – нет.
Любая система единодушия переделывает среду под себя. Это всего лишь оптимизация – крупный бизнес всегда инкорпорирован в вертикаль. Собственно, он и есть этой вертикалью. Какая ему разница, что в его сетевом аду варят плохой кофе и делают невкусную пищу? Он не кормит людей – он кормится за их счет. А любой владелец семейного кафе не зависит от колебаний цен на нефть, не связан с конъюнктурой государственных заказов и не вписан в то дерево вертикальной политики, которое со временем всегда превращается в гладко отполированный столб. Он зависит только от того, насколько хорошо делает свое дело. Он погружен в низовую реальность социального быта. Он видит тех, кого кормит, и знает, о чем говорят мужчины.
Небольшие магазины, частные парикмахерские и семейные кафе опасны для авторитарной власти тем, что их владельцы в какой-то момент слишком много начинают о себе думать. Замечают ботокс, вколотый в морщины государственной системы. Видят в державных шубохранилищах кирпичики, купленные с уплаченных ими налогов. Когда человек перестает зависеть от государства, у него начинает появляться осанка. А это рано или поздно может привести к тому, что он начнет замечать карликовость государственного величия.
Единственный способ для государства бороться с такой угрозой – это вписать всех в вертикаль. Она удобна – увеличивает рост вождя за счет пьедестала и четко очерчивает границы дозволенного. Любая самостоятельность наказывается даже не репрессиями, а исключением из вертикали. Что в системной стране означает обочину истории и изнанку благосостояния.
Нужно понимать: в той же России есть только один генеральный бизнес – это труба. Все остальное – это институты, которые ее обслуживают. Каждый сотрудник этого административного прицепа целиком и полностью зависит от системы. Он в нее вмурован с ног до головы, а она отвечает ему взаимностью в виде кредитного «фокуса» или тринадцатой зарплаты. Заставляя думать о том, что никакой альтернативы нет и быть не может. Приучает к идее, что любые потрясения чреваты фонарными столбами и черными сотнями.
И главный соперник вертикали – это тот самый «бизнес независимых». Который хочет гражданских свобод и ответственности. Прозрачности и понятности. Который, наевшись экономических благ, начинает мечтать о политическом представительстве. Нежелательная история для страны, шагающей в ногу.
Любая автократия начинает с зачистки малого бизнеса, меняя «множество непохожих» на «единство унифицированных». А потом начинает рассказывать о том, что стране угрожают чужие драконы. Лучший способ оправдать начилие своего собственного.