С одной стороны, наша группировка четко придерживается режима прекращения огня, о чем заявляют даже подконтрольные оккупационной власти СМИ. Разнообразные "пресс-службы" фиксируют либо полное отсутствие огневой активности на наших позициях, либо один (!) обстрел в сутки - и это на фронт длиной 430 км.
С другой стороны, противник активно работает из артиллерии и пехотного вооружения по передовым позициям наших войск. За сутки наши официальные пресс-офицеры вынужденно насчитывают свыше 20 обстрелов со стороны противника. А если учесть желание Киева давать в СМИ "меньше негатива, больше позитива", то с полной уверенностью можно говорить о том, что реально обстрелов около 50-60. Что, кстати, и подтверждают в соцсетях местные жители.
Причем часть обстрелов со стороны оккупационных войск происходит демонстративно в тех районах, в которых Путин требует от нас отвести войска - Петровском и Золотом. То есть таким образом происходит такое себе "принуждение к миру", когда Зеленский, чтобы встретиться с Путиным, будет вынужден отдавать приказ об отведении даже при отсутствии семи дней тишины. Такое вот лишнее напоминание "кто в доме хозяин".
При этом под обстрелы оккупационных формирований попадает буквально все, что движется в прифронтовой зоне. Например, 24 октября в районе железнодорожной станции "Кондрашевская" (оккупированная территория Луганской области) боевики обстреляли из автоматического станкового гранатомета работников КП "Лугансквода", которые проводили ремонтные работы.
При этом пресс-центр Операции объединенных сил в одной сводке сообщил взаимоисключающие факты. Мол, "ранения получили два гражданских лица" и в следующей строке "так как указанный населенный пункт находится на неподконтрольной правительству Украину территории, они не имеют возможности проверить факт травмирования или ранения мирных жителей". То есть можно сделать вывод, что собственно сам факт обстрела наши военные наблюдали, а о ранении узнали из подконтрольных боевикам СМИ.
Зато в открытую печать не попадают совершенно другие факты. По информации от местных жителей, противник значительно активизировал свои действия в районе Горловки. Сюда уже несколько ночей подряд подтягивается техника и личный состав оккупационных корпусов. Размещается вся эта армада на многочисленных полигонах на прифронтовой зоне, на которые по негласной команде российских кураторов допуск наблюдателей от ОБСЕ запрещен.
С большой долей вероятности, боевики отрабатывают и, возможно, попытаются реализовать план Б, если возможная встреча Зеленского и Путина закончится ничем. А вполне может быть, готовится локальная операция перед встречей, чтобы сделать нашего президента еще более "податливым" в плане реализации плана Лаврова по вталкиванию в Украину оккупированных территорий Донецкой и Луганской областей на российских условиях.
Почему именно Горловка - вполне очевидно с военной точки зрения. Любое продвижение, например, на Приазовском направлении будет легко парировано действиями нашей артиллерии, у которой там "развязаны руки". Крупных населенных пунктов нет, практически ровная степь, пристрелянные ориентиры.
Продвижение на том же Марьинском или Авдеевском направлениях чревато уличными боями, которые являются весьма непростой задачей буквально для любой армии. А тем более такой слабомотивированной и недостаточно укомплектованной, как "народная милиция ДНР". К тому же наступательные бои в городе - это уровень потерь, который просто будет зашкаливать. Тут не традиционная раскладка в 1:3, а 1:5 или даже выше.
Российским кураторам, которые очень хорошо знают реальное состояние потешной армии, вполне очевидно, что без прямого участия кадровой российской армии не обойдется, а значит, и потери будут не только у местных коллаборантов.
А Горловка - идеальное место для "бряцания оружием". С одной стороны, за 2016-2018 гг. наши армейцы смогли достаточно близко продвинуться к окраинам города. Это прежде всего господствующие высоты, поселок Южный (он же Чигири), Зайцево, Доломитный, Шумы. В итоге "3-я мотострелковая бригада ДНР" ныне находится в подвешенном состоянии, не имея возможности адекватно реагировать на все угрозы.
В случае проведения локальной операции для боевиков условия будут почти полигонные - их артиллерия будет находиться в жилых массивах, что полностью исключает возможность контрбатарейной борьбы (никто из командиров не отдаст приказа стрелять в сторону жилых домов). В то же время наши позиции тут по большей части находятся вне застройки - на высотах, в некоторых местах в поле. Мало того, буквально на днях произошла ротация, что всегда крайне отрицательно сказывается на общей ситуации на конкретном направлении, так как новым частям нужно время, чтобы освоиться.
Причем пропагандистский шум от такой локальной операции будет более чем действенным, так как наш "президент мира" очень остро реагирует на любые сообщения об обострении, и с большой долей вероятности, после первых же потерь будет отдан приказ отойти на "позиции 2016 г."