Вопрос "кто возьмет власть в Беларуси в результате протестов" - тема для обсуждения и споров последних нескольких недель. Звучат фамилии Светланы Тихановской, Александра Лукашенко и нескольких других персонажей.
Такая персонификация справедлива в очень малой степени. Вопрос не в фамилиях, а в процессах, которые происходят в беларусском обществе. В стране политизировался городской средний класс, который зародился и развивался в условиях "внутренней эмиграции", когда его представители могли зарабатывать, тратить свои деньги и даже просить об улучшении условий.
Но именно "просить". Требовать либо даже думать о собственном политическом представительстве им было запрещено. Пока эта группа была мала, система была устойчива. Лукашенко опирался на "своего" избирателя, активно влиял на группы, зависимые от бюджета и подбирал часть "электорального болота" - избирателей, голосующих "как все".
Но городского среднего класса стало много - по моим оценкам около 1 млн граждан из 9,45 млн всего населения страны. Такая группа не может быть вне политики, и вопрос ее выхода в публичное поле был лишь вопросом времени.
С другой стороны, Россия желала политической активизации еще одной группы - условно пророссийского избирателя - тех, кто выступает за тесную интеграцию с РФ, либо вообще фактическую ликвидацию беларусской государственности. Это не менее 7% населения, но и не более 20%. Причем их количество уменьшалось. А вне политики они были потому, что их самостоятельная игра была недопустима в условиях авторитарной власти, использовавшей лозунги "интеграции".
Еще одним фактором, влияющим на перемены, явилось изменение в структуре беларусского бизнеса. ТОП-20 влиятельных бизнесменов образца 2013 года отличается от рейтинга 2019 года более чем на 50%. Это титанические сдвиги, которые требуют политической реакции. Новому бизнесу, как и среднему классу, стало тесно в СЭЗах, технопарках и так далее. Захотелось большего.
Власть это видела. Именно поэтому разговоры о новой Конституции, усилении роли парламента и правительства начались не сейчас, а весной 2019 года. Подготовка шла. Выборы 2020 внесли свои коррективы.
Пассивные группы вышли на политическую арену раньше, чем ожидало окружение Лукашенко. Конфликт перестал быть "отложенным".
Но это не отменяет необходимости политической трансформации. И она произойдет, независимо от результатов текущего политического кризиса. Более того, сценарий изменений в Конституцию актуален для трех базовых сценариев развития ситуации, начиная от подавления протестов, заканчивая "дворцовым переворотом".