Ведущие страны мира становятся все более лояльными в отношении России и могут пойти ей на уступки, сняв санкции и предложив Украине «странный мир», который ее похоронит.
Об этом журналист Сергей Рахманин.
«Каждый думает, что время работает на него. Однако многие украинские эксперты считают, что обстановка для Киева становится все более неблагоприятной. Во-первых, отмена европейских санкций (как минимум частичная) в отношении России в конце этого года становится все более реальной. Ведущие западные политики уже не стесняются говорить об этом вслух. Причем, как на днях объяснил один иностранный дипломат, независимо от степени реализации «минских соглашений». «Будет прогресс в минском процессе — появится причина. Не будет — появится повод. Санкции «привязаны» к «Минску». Его предписания не исполняют и в Киеве, и в Москве. Но вы — формальная сторона конфликта, а Россия — нет. Все знаю, что это не так. Но слишком многие хотят возобновления торговли с РФ. Требующих снятия ограничений становиться все больше, а их голоса — все громче».
Автор статьи назвал причины, по которым ведущие страны мира становятся более лояльными в отношении России.
«Усталость от Украины», недовольство темпами и качеством преобразований в нашей стране; грядущие выгоды от возобновления экономических контактов с РФ; роль Москвы в событиях на Ближнем Востоке; необходимость заниматься собственными более насущными проблемами; активная «работа» Кремля с политиками, дипломатами и бизнесменами европейских стран, масштабная пропагандистская кампания за рубежом; опасения расколоть НАТО из-за более жесткой конфронтации с Москвой (усиленные нокдауном, в котором очутился ЕС после демарша Лондона); наконец, грядущие выборы в США, Германии и Франции, — вот комплекс причин, которые вынуждают ведущие государства быть менее чуткими к нашим бедам и более снисходительными к резкому изменению принципов мироустройства».
В статье также объясняется, почему Россия позволяет и дальше провоцировать НАТО и вооружать боевиков на Донбассе.
«Во-вторых, в Москве небезосновательно полагают, что на смену и так не слишком «проукраинским» (с нашей точки зрения) Обаме, Меркель и Олланду вполне могут прийти куда более «пророссийские» Трамп, Штайнмайер и Саркози, дружно порадовавшие на днях милыми слуху Кремля заявлениями. И даже если возможной резкой смены лиц и политики потом не случится, сейчас власти этих стран будут всячески избегать резких движений, способных навредить их политическим силам. Именно поэтому Москва столь безнаказанно позволяет себе не только провоцировать натовских военных, но и так же безнаказанно наращивать группировки на наших границах и насыщать вооружением ОРДЛО. Возможно, подобная активность военных РФ — способ давления на Запад и на Киев, попытка сделать визави более сговорчивыми самой угрозой применения силы. Но возможно и применение силы. Как минимум, локальное. Как в Иловайске и Дебальцево, после чего Порошенко согласился на условия Минска-1 и Минска-2. Тем более что для Москвы, увы, не секрет, какие проблемы сегодня испытывают ВСУ с количеством и качеством личного состава в зоне АТО. В условиях, когда мобилизация заморожена, а план по контракту выполняется только в тылу, противостоять серьезному удару будет непросто. Даже с учетом накопленного боевого опыта и частичного восполнения прошлых потерь в боевой технике».
Автор отметил, что Украина может остаться в войне один на один с Россией.
«В начале осени, когда начнется очередная волна демобилизации, могут наступить особо тревожные времена. Говорил вчера с искушенным, информированным политиком. Пытался отыскать в его словах подтверждение (опровержение) своим «чуйкам». Не стараясь получить ответ на вопрос «Когда закончится эта война?». Понимая, что она, похоже, надолго. Собеседник покачал головой: «До конца года нам нужно точно определиться с окончательной стратегией поведения и детальной тактикой действий. С учетом самых неблагоприятных обстоятельств. У нас осталось четыре-пять месяцев на четкую формулировку планов А, В и С, отработку возможных сценариев и подготовку к каждому из них. Мне хочется верить, что президент это понимает. Хочется думать, что он знает то, чего не знаю я. И что работа ведется, просто я об этом не знаю. Хотя должен был бы знать, если бы велась... Мы должны быть готовы к тому, что останемся в этой войне, по сути, один на один с Россией. Сейчас идет странная война. Военных и дипломатов. Но не хотелось бы получить странный мир, который нас похоронит. По-моему, 2016-й — последний год, выделенный нам для передышки...».