Calendar Icon

Отжимать по-новому. Под прикрытием АТО в стране растут и крепнут бандитские армии

04.12.2014 21:58

Сегодня автоматы, пулемёты, гранаты и гранатомёты стали таким же привычным предметом в салоне автомобиля, как куртка или зонтик. Сотрудники МВД изымают оружие по всей территории страны: от Белозерского в Донецкой области до Херсона, от Киева до Бердянска. Люди в балаклавах приходят на предприятия, чтобы «освободить» от наследников «кровавого режима». Против них тоже стоят люди в балаклавах. Пойди разбери, кто есть кто? Создаётся впечатление, что милиция то ли не в силах контролировать ситуацию, то ли происходящее ей каким-то образом на руку.

Сегодня автоматы, пулемёты, гранаты и гранатомёты стали таким же привычным предметом в салоне автомобиля, как куртка или зонтик. Сотрудники МВД изымают оружие по всей территории страны: от Белозерского в Донецкой области до Херсона, от Киева до Бердянска. Люди в балаклавах приходят на предприятия, чтобы «освободить» от наследников «кровавого режима». Против них тоже стоят люди в балаклавах. Пойди разбери, кто есть кто? Создаётся впечатление, что милиция то ли не в силах контролировать ситуацию, то ли происходящее ей каким-то образом на руку.
Оружие, изъятое милицией в ходе обысков одной из группировок, поставляющего изображённое из зоны АТО в регионы по всей Украине (фото mvs.gov.ua)
Оружие, изъятое милицией в ходе обысков у членов одной из группировок, поставляющих изображённое из зоны АТО в регионы по всей Украине (фото mvs.gov.ua)

Привозить с фронта по гранате каждому другу в качестве сувенира стало обычным делом. Когда у горе-студентов, поджёгших «Жовтень», такие «подарочки» нашли прямо в общежитии, общественность уже даже не удивилась. Удивляются, когда оказывается, что через полстраны можно проехать с заряженным пулемётом на заднем сидении. Так удивилась волонтёр Ирина Горбачева, поведавшая в своём посте в Фейсбуке и в интервью FaceNews историю бойца, который в состоянии контузии приехал из-под Донецка в Васильков (под Киевом) без документов с РПГ совершенно беспрепятственно. Люди удивляются — милиция молчит. Или пишет о доблестных случаях изъятия двух-трёх единиц оружия у какого-нибудь зазевавшегося горе-торговца. 

За сколько случаев МВД даже не берётся — остаётся загадкой. Например, сайт милиции пока молчит об успехах в деле Александра Ногачевского, четыре предприятия которого, размещённые в том числе в Полтавской и Львовской областях, 25 сентября, по словам самого Ногачевского, захватили вооружённые автоматами люди. При этом, сам бизнесмен утверждает FaceNews, что с него требуют тысячи долларов взятки даже за регистрацию его заявления в Едином реестре досудебных расследований.

Александр Ногачевский на пресс-конференции рассказывает, как ''Айдар'' ''отжал'' его бизнес (фото aif.ua)
Александр Ногачевский на пресс-конференции рассказывает, как «Айдар» «отжал» его бизнес (фото aif.ua)

Александр Ногачевский — директор компании «Аква инвест груп», президент компании Triarh International, занимающейся развитием бизнеса и бизнес-консультированием, бывший советник главы правления УкрЭксимБанк. Общественная активность: вице-президент Федерации развития франчайзинга Украины, глава комитета франчайзинга при Европейской бизес ассоциации. Обладатель дипломов магистра бизнес-администрирования Львовского и Гарвардского университетов. В юношестве учился в Латвии.

«Третьего октября меня пытались физически убрать»

FaceNews: Расскажите, пожалуйста, что, собственно, случилось с вашим бизнесом.

Александр Ногачевский: Вооружённые люди, назвавшись «Айдаром», захватили все предприятия. При этом присутствовала милиция. Один человек, представитель киевской милиции. Хотя ни один из заводов не находится в Киеве. В общем, был представитель милиции и вооружённые люди «Айдара». Руководил захватом некий Сергей Граб. Он представлялся замкомбата «Айдара».

После того, как я написал заявление в милицию, собрал пресс-конференцию, начались угрозы. Меня выманил на так называемую стрелку этот Сергей Граб. У меня с ним была личная встреча, где мне лично Мельничук, комбат, сказал, что он меня посадит. Полтора часа длился допрос, как они говоили, «военнопленного». Так что они подтвердили своё участие в этих захватах и избиении замдиректора, начальника охраны. Более того, я даже знаю некоторых бойцов, которые захватывали это предприятие. Но они не понимали, что они делали. Им сказали, что там сидят сепаратисты, надо захватить. Потому они действовали чисто на доверии своим командирам.

Я организовывал пресс-конференцию в начале ноября. После моих действий с милицией, с Генштабом вооружённых сил «Айдар» исчез, но на одном из предприятий до сих пор сидят вооружённые лица. На других предприятиях уже снята охрана, но осталась уже государственная охрана ГСО. Уже переписали предприятия, уже подгоняют юридическую базу забрать у меня предприятия и так далее. Платят судьям.

Если говорить по датам, то 25-26 сентября был захват предприятий. 3 октября меня пытались уже физически «убрать». 29 октября вот этот опрос в штабе «Айдара» устроили мне, на Кловском спуске 7а. Там, где предвыборный штаб Ляшко — там же и штаб «Айдара». Глава предвыборного штаба Каськив устраивал мне допрос. Оружия достаточно много у них, и в штабе было, все вооружены были пистолетами и ножами. На заводах автоматами были вооружены, автоматическим оружием, шумовые гранаты использовались. В лучших традициях голливудских фильмов. 

FN: Сколько человек приезжали захватывать ваши заводы?

АН: На всё вместе — 50-80 человек.

FN: И все с автоматами?

АН: Все с автоматами, да. 

«Предприятия стоят, потому что производство требует ухода и тяжёлой работы, а захватившие — полубандиты без мозгов»

FN: А что за предприятия? Сколько человек на них заняты?

АН: Это маленькие предприятия. Самое маленькое — 3 человека, это цех по разливу воды. Самое крупное предприятие, в Миргороде — там 50 человек работало. К сожалению, предприятия стоят. Насколько я знаю, запустить они их не могут.

FN: Почему?

АН: Потому что мозги для этого нужны. Мозгов нету у этих людей, которые руководят сейчас этими предприятиями. Это полубандиты какие-то. Руководит этим всем, рулит, некий Дмитрий Мирошниченко. Там мозгов нету, а производство требует ухода и тяжёлой работы. Это был бизнес по добыче и разливу минеральной питьевой артезианской воды.

FN: Насколько было успешное, доходное дело?

АН: Одно было уже прибыльное, в Миргороде. Оно имело хороший оборот в этом году, до захвата. Хорошие контракты были, они разваливаются теперь, все эти контракты. Второе выходило на прибыль. Остальные я ещё ремонтировал, планировал запускать. Два не работающих, ещё только пробные запуски были. Подгонялась документация, там сложная документация по добыче, там нужно очень тонко и грамотно работать с документами, это касается недр. То есть, два ещё только в стадии были раскрутки, а два уже работало. Одно было самоокупаемым, скажем так, одно прибыльным. Три, семь, пятнадцать и пятьдесят человек, если взять по количеству работающих людей. Там, где ещё не работало — там меньше, там только ремонтники.

FN: Как называется компания?

АН: Разные названия у них были. Одно называется частное акционерное общество «Калинка», это Миргород. Второе — это «Росы Волыни». Третье — это «Нафтуся», четвёртое — «ЗахидПолСервис», это возле Львова. Я так понимаю, что «Айдар» использовали исключительно чтобы захватить предприятие, подмять под себя. А сейчас юридически, через коррумпированных судей, подгоняется уже юридическая база. 

«Я буду удерживаться от каких-либо коррумпированных действий, уголовщины. Не пойду их путём»

FN: Как «Айдар» всё это объясняет? Вот вы общались с Мельничуком. Как он это всё называет, по какому праву они вас допрашивали?

АН: Они никак этого не объясняют. Там вообще объяснений нет. Они сказали, что, мол, ты будешь скоро сидеть. Предлагали вывезти меня в зону АТО, чтобы я погиб смертью храбрых на передовой. Ни Мельничук, ни Граб этого никак не объясняют. Там просто были крики, возня. Граб этот мне показался вообще с головой не в порядке у человека. Психически неуравновешенный. Когда у Мельничука я спросил: «За чьи деньги вы работаете? За деньги Лёвочкина и Каськива?» — он вообще глаза отворачивал и не знал, куда прятать. 

FN: Есть, наверное, другие вооружённые группировки. Вы не обращались к конкурентам «Айдара»?

АН: Мне идут предложения от многих батальонов территориальной обороны, что мы выбьем, защитим. Я военный всё-таки, имею опыт ведения боевых действий. Не буду я соглашаться. Это практически пойти по тому же уголовному пути, по которому идут мои оппоненты. Это фактически принять их правила игры. Это им только и надо. А потом менты меня же разорвут, что я ОПГ, ещё что-то. Я буду удерживаться от каких-то коррумпированных действий, уголовных действий и так далее. Если я пойду по этому пути, то меня закроют уже послезавтра. Не готов я к этому.

FN: А нет таких добровольческих батальонов, которые хотят честно помочь, денег за это не требуют?

АН: Есть такие. Я их прошу: предложите какие-нибудь юридические пути ваших решений. Мне никакого юридического пути ни один добровольческий батальон не назовёт. Нужно с автоматами идти? На каком основании? Если это добровольческий батальон, он имеет четкое название воинской части. На каком основании военнослужащий воинской части находится на территории города или села, там, где цеха находятся, с автоматом? Это уже уголовщина. 

«За решение апелляционного суда — 120 тысяч долларов, за то, чтобы зарегистрировать заявление в милицию — две тысячи»

FN: Что вы делаете в легальном поле сейчас, какова реакция государственных инстанций на ваши действия?

АН: Никакой реакции нет. Есть небольшая реакция, как ни удивительно, исключительно от военных, от военной прокуратуры какая-то реакция. Но если мне откровенно следователи говорят, что за меня деньги заплатили, и никто не регистрирует моих заявлений... Нет в Едином реестре ни одного из моих заявлений, хотя я их подал уже больше десяти. Никакой реакции. Я уже подаю в суды на действия правоохранительных органов, но они не регистрируют мои заявления. Реально меня полтора часа удерживали на допросе каком-то несанкционированном, то есть, никаких действий. Куча заявлений моих есть в прокуратуре, я могу копии все предоставить. Десятки заявлений от меня, от директоров предприятий, от моей жены, потому что ей тоже устроили... Сначала, когда приглашают на собеседование, есть желание какое-то следователя, они понимают, рядовые следователи, всю сумасбродность ситуации, пытаются что-то сделать. Потом на мои звонки они с вопросами о том, будет ли следствие, они переводят стрелки на высшее руководство и говорят: ну вот, нет указания регистрировать, подавать в единый реестр. 

FN: Что планируете делать?

АН: Судиться дальше. Что мне, брать в руки автомат? Я, конечно, могу брать, но это не решит проблему. Автомат не решает вопросов. Временно решает, да. Заехали на заводы, заводы остановились, налоги не платятся, работники потеряли рабочие места, идёт несанкционированная добыча воды какая-то. Но это временно всё, я не собираюсь. Если надо будет идти в Европейский суд — я пойду в Европейский суд. Мне уже терять нечего. Цепи уже только остались. Терять, кроме своих цепей, уже нечего. Если остановлюсь, то добьют просто-напросто.

Я же понимаю, что верхушка «Айдара» финансируется Каськивым, Ляшко и Лёвочкиным. Судьям платят деньги. Мне говорят, сколько, я никому не хочу давать и не буду давать. Это уже принципиально. Мне называют суммы…

FN: Сколько говорят?

АН: Решение апелляционного суда — мне загнули, что мои оппоненты занесли 120 тысяч долларов. Если я занесу больше, по они, типа, примут моё решение. Я не занёс. Естественно, я проиграл. Такие цифры ходят. Звонят какие-то менты из Печерского райотдела, предлагают за 2 тысячи долларов зарегистрировать в Едином реестре моё заявление. Я отказался тоже. Я знаю фамилию этого капитана. Будем капать, капать на мозги. 

«Мы отказались помочь Каськиву отмыть деньги, и с мая месяца у нас с ним теперь война»

FN: Вы говорите, что сейчас начался процесс перерегистрации предприятий. Как это делается? 

АН: Покупаются суды очень легко. Там разные схемы есть. Это нужно по юриспруденции рассказать, как это всё ведётся. Если заказное, то это было заранее продумано, тем более, у меня война идёт уже с мая месяца с Каськивом Владиславом Владимировичем. Возглавлял Госагентство инвестиций и управления национальными проектами. И это заказной конфликт. Война продолжается. Как юридическая, так и понятийная, как они это называют. Это она просто перешла уже в стадию, как говорится, боевых действий. 

FN: Какого рода война с Каськивым?

АН: Корпоративная. 

FN: Он блокирует как-то интересы ваших компаний, или вы — его?

АН: Да, он отмыл деньги под наш проект. У государства. А мы заняли принципиальную позицию и отказались ему помогать и ставить свои подписи под его мошенничеством.

FN: Ещё какие-то подобные «боевые действия» были связаны с вашим отказом подписывать?

АН: Много было. И угрозы шли, и смс-ки, и звонки. И до этого было много всего интересного. Это была первая часть марлезонского балета, перед захватами. Захват — это была уже последняя стадия, когда они поняли, что никакими другими методами со мной нельзя справиться. Ни на какие угрозы, ни на что я не иду. 

«Большинство коррупционеров считает, что захвати предприятие — и оно будет тебе уже завтра деньги приносить»

FN: Зачем было, по-вашему, захватывать мощности производства и останавливать работу, если они могут просто купить решение суда?

АН: Спросите. Время, наверное, думали выиграть. Понимаете, у людей, которые никогда не занимались бизнесом — у них мнение такое, что захвати предприятие — оно будет тебе завтра уже приносить деньги. Это большинство вот этих коррупционеров такого мнения. Что я приду, рейдерским методом захвачу предприятие — и оно завтра же начнёт работать. Так же и Янукович захватил кучу предприятий, и его сын. Что, работает? 96 предприятий, которые захватил сын Януковича — они не работали, они не приносили прибыли. Они разваливались. Такое же и у Каськива мнение. У меня оно работало, потому что я всю жизнь этим занимаюсь, по крайней мере, после службы в войсках. Только заводы и поднимаю. 

«Айдар» «Айдару» рознь

Ситуация, пписанная Ногачевским не означает, что весь «Айдар» — бессовестные рейдеры и батальон нужно расформировать.

«Есть такой батальон «Айдар». Это сильная боевая единица. И к ним обязательно должны были примкнуть люди нечестные, чтобы пользоваться их авторитетом. Никакого отчаяния у нас после этого случая нет. Мы прекрасно понимаем, что мы помогаем воинам, и мы будем им помогать в дальнейшем», — говорит волонтёр Лариса Горбач. 

Её и Ольгу Соляр, польскую активистку, тот самый Сергей Граб и несколько его подельников задержали в районе Счастья 3 ноября, грубо допрашивали в подвале, а потом потребовали привозить всю «гуманитарку» только им, потому что это они вчетвером воюют, а не те бойцы-афганцы, с которыми уже несколько месяцев сотрудничает Горбач. Об этом Соляр и Горбач рассказали в эфире espresso.tv 5 ноября. «Воюют же не вот эти люди, не Барон воюет, не Бэк, не Наташа, не комбат тот же самый — воюют простые ребята, и они нуждаются в нашей помощи, точно так же как и мы нуждаемся в их помощи», — считает Горбач. 

Очевидно, бойцы, которым помогает Горбач, не запятнали себя никакими скандалами. Столь же доблестен и Александр «Итальянец» Пискижов, в память о котором FaceNews уже писал, а также его товарищи. Однако если все эти воины займутся чисткой того крыла своего батальона, которое сконцентрировано на выгоде, а не на войне, кто воевать-то будет? К тому же, для солдата пойти против начальства — это трибунал. А вот для милиции охранять деятельность мирных граждан на мирной территории — это прямые обязанности. 

Другие айдаровцы: Игорь и покойный Александр Пискижовы с певицей и волонтёркой Еленой Мозговой (фото со страницы Мозговой в Facebook)
Другие айдаровцы: Игорь и покойный Александр Пискижовы с певицей и волонтёркой Еленой Мозговой (фото со страницы Мозговой в Facebook)

При этом, безусловно, солдат и волонтёров в зоне АТО от руководства «Айдара» милиция охранять не может, ведь это единственный добровольческий батальон, изначально вошедший в состав не милиции, а Вооружённых сил Украины.

Не «Айдаром» единым

Организованный бандитизм и рейдерство осуществляются нынче не только людьми, прикрывающимися «Айдаром». Перестрелка на Святошине в Киеве 4 ноября, в которой приняли участие 42 вооружённых человека, к «Айдару» отношения не имела. Пресс-служба МВД постоянно пишет о раскрытии преступных группировок, транспортирующих оружие из зоны АТО — а сколько таких сетей остаётся незамеченными? Судя по участившимся преступлениям — предостаточно. Квартиры в столице, к примеру, стали обчищать на 50% чаще, чем в прошлом году.

Кто должен со всем этим бороться? Очевидно, происходящее на мирных территориях — на ответственности милиции, которая, опять-таки очевидно, с этой ответственностью просто не справляется. Зарплаты маленькие, отток кадров в АТО, нехватка вооружения или ещё кто знает что — оправданий отечественным милиционерам можно найти вагон и маленькую тележку.

Но факт остаётся фактом. В бандитские времена выживают бандиты. Пока честные граждане, желающие строить правовое государство и не желающие бороться с криминалитетом его методом, ждут от милиции защиты, а милиция не чешется, всех этих граждан просто уничтожат. 

загрузка...
Популярные видео на YouTUBE
Материалы по теме
А-9833,22 грн./литр
А-95+30,25 грн./литр
А-9528,8 грн./литр
А-9227,75 грн./литр
ДТ28,01 грн./литр
LPG11,7 грн./литр
загрузка...
Самые читаемые новости
Лучшие видео с YouTUBE
Популярные блоги
Погода и гороскоп
Автоновости